Он не мог позволить себе привыкать долго — была дорога каждая секунда, и потому вскоре он шагнул на улицу. Шагнул и задохнулся.
Воздух — свежий, упоительно чистый и прохладный, — заполнил его грудь и заставил кружиться голову. Такеши пошатнулся, поднес по привычке к глазам левую руку, а правой оперся на стену минка позади.
В ушах шумело, словно он плыл в бурной реке. Не сразу он почувствовал, что идет дождь, и капли стучат по его голове и плечам."
"Такеши кое-как разлепил непрестанно слезящиеся глаза и зашагал прочь от минка, шатаясь, будто пьяный.
И его губы кривились в странной ухмылке, а из груди так и рвался нервный, полоумный смех, ведь сегодня величайшее преимущество поместья Тайра, которое позволяло оставаться ему неприступным целые столетия, играло против его владельцев.
Поместье упиралось в густой, непроходимый лес, служивший Тайра надежной защитой. Поместье даже не было окружено в той части стеной, в ней просто не было необходимости — никому еще не удавалось провести войско через лес и напасть на Тайра с тыла.
И теперь то, что было для любого полководца непреодолимым испытанием, стало для Такеши настоящим везением. Он шагал вглубь поместья под моросящим дождем, стараясь не поднимать взгляда от земли, шагал так быстро, как только мог, не обращая внимания на свое сбившееся, хриплое дыхание.
Он очень быстро устал — сказалось время, проведенное в заточении, но не остановился. Постепенно минка вокруг него сменялись деревьями, чьи стволы были толще, а кроны — гораздо гуще тех, что росли ближе к поместью.
Когда ему на пути попался ручей, Такеши долго шел вброд, по щиколотку в прохладной воде, чтобы запутать следы. Он довольно неплохо помнил карту ближайших к Тайра земель — провел много времени, разглядывая мельчайшие детали и размышляя о том дне, когда развеет там пепел своих врагов — и сейчас постоянно вызывал ее в памяти. Ему нужно было уйти как можно дальше на северо-запад и после идти на запад, чтобы сделать большой крюк и обогнуть поместье. Такеши пока даже примерно не представлял, сколько дней ему на это потребуется.
И сколько сил.
Лес становился все дремучее, и хотя Такеши приходилось прикладывать гораздо больше усилий, чтобы в нем пробираться, он был рад. Деревья, что росли плотным частоколом, холмы и спуски, резкие провалы — все это задержит конную погоню и даст ему время. Правая ладонь пульсировала, левой культей он вновь ощущал призрачную боль, ноги дрожали и подкашивались, но Такеши было плевать.
