Препарат должен подействовать, дать больше энергии. Допинг обязан сработать.
Во-вторых, жажда. И это главное. Захар сам так сказал. Другие не обладают тем, что получили мы. Их воля к победе не настолько мощна, а нам есть, что терять и за что сражаться до последнего вздоха.
Разве тупая жестокость может дойти до финала?
Черт побери, ставка слишком высока.
Я крепче прижимаю Цербера к себе, жадно впиваюсь взглядом в сцену, которая разыгрывается прямо передо мной. Хищник выходит на битву против шакалов. Зверь защищает самое дорогое.
Глупо, наверное, но я бормочу одну фразу за другой точно заведенная. И это не молитва, не заклинание. Спонтанный набор слов. Вряд ли я сумею повторить или разобрать путанную речь. Действую по наитию, отчаянно стараюсь передать всю силу Захару, надеюсь подарить ему сокрушительный заряд энергии для расправы над нашими врагами."
"- Я с тобой, - бормочу, едва двигая губами. – Рядом. Навсегда. Вместе мы сильнее всех. Вместе мы можем выдержать, что угодно.
Вместе мы против всего мира.
Холод струится вдоль позвоночника, оплетает спину скользкими змеями, оставляет под кожей ледяные борозды, выжигает морозные печати.
Я понимаю, чуда не будет. Везение нам не поможет. Будь рядом Джокер или Демид, это тоже вряд ли бы сильно поменяло ситуацию.
Артем сумел передать кастеты. Большего ждать не стоит. Очевидно, ребят держат где-то. Заперли в карцере или заключили в ловушке. Уже не важно.
- Тебе конец, Громов, - цедит Гуляев, но все же отступает назад, поигрывая тростью, прищуривается и оглядывается.
- Кто грохнет этого психа, получит награду, - заявляет Шеров, явно не торопится пускать в ход свои кастеты, предпочитая держаться в стороне. – Миллион? Два? Зависит от того, насколько меня впечатлит ваша фантазия.
Никто не спешит. Члены клуба продолжают переглядываться и посмеиваться, но в атаку не бросаются, присматриваются к противнику.
Темная слава Захара всем известна. Его помнят по Арене. По другим стычкам парень еще круче отличился.
Он быстро расправляется с каждым, кто рискнет встать на его пути. Нагоняет страх одним своим взглядом.
«Ангелы» опасаются. Их больше, но каждый понимает, что прежде чем врага удастся нейтрализовать, он пустит немало крови. Заберет жизнь за жизнью – и бровью не поведет.
Но и бездействовать вечно не получится. Рано или поздно рванет. Напряжение нарастает, достигает пика.
Тихо. Подозрительно тихо вокруг. Такое чувство, точно и ветер уже не дует.
