Тренировка, горящий проект, устал… А Жора потом написал, что в кабаке с ним.
Я совершаю резкий незапланированный вдох. Такое количество кислорода заглатываю, что грудь распирает, и глаза начинают слезиться.
– Ну, пусть отдыхает. Ты от нас тоже нередко на гулянки сбегал, – смеется мама. – Бывают моменты, когда кабак интереснее семьи.
– Да я разве спорю… Пусть, – ухмыляется Тёма.
А за ним все улыбаются. Мне тоже приходится. Но каких же усилий это стоит! Сердце клинит. С таким скрипом, что кажется, будто этот ржавый звук все слышат.
– Ринуль? – окликает мама, сосредотачивая на мне несколько растерянный взгляд.
Лиза, Анж, Ника – все уже задействованы в подготовке к ужину. Только я бестолково перебираю столовые приборы, в попытке заглушить этим грохотом все остальные звуки. Ну, еще Тёмыч без дела около жены трется. Они, если в течение пяти минут ни разу не поцелуются, наверное, задохнутся.
– Что, мамуль? – стараюсь звучать естественно.
– Порежь рулет, доць.
– Конечно!
Незамедлительно бросаюсь выполнять просьбу.
Лишь бы меньше меня рассматривали. Вскоре разговор завязывается вокруг нейтральных для меня тем. Мама рассказывает о папиной сестре из Харькова, которая умудрилась заболеть во время отпуска в Греции и никак теперь не вылечит кашель. Лиза ей советует какой-то травяной чай. Ника что-то спрашивает, и разговор плавно уходит в другое русло.
В моей же голове то ангелы плачут, то черти пляшут.
Даня меня избегает… Настолько, что даже отказался от всей семьи… Плевать ему на меня… Плевать… Точно плевать… В кабаке, значит…
«Ты думаешь, мне без тебя некого ебать? Думаешь, встает лишь на тебя?»
Ну и хорошо! Ну и прекрасно!
«Думаешь, я этот месяц только с тобой и шоркался? Не только, Марин… Ебал всех без разбора!»
Закусываю губы, чтобы подавить рвущийся из груди вопль.
Медленно гашу огневую вспышку.
Сейчас тоже с кем-то? Так лучше, значит? С другими лучше? С разными хочется? Посмотрим еще, кому хуже будет! Решил идти путем наименьшего сопротивления? Думает, что позволю ему прожигать свою жизнь? Да я его сама сожгу! Молниеносно.
До основания.
– Привет всем, семья! – улыбается с порога папа. Ослабив галстук, окидывает взглядом кухню. – Даньки нет, что ли? Как так? Или не успел еще?
Я держусь.
– Не будет его, – отбивает Тёма.
Я держусь.
– А что так?
– Непонятно. Завтра заеду к нему.
Я держусь.
Внешне серьезный папа застывает на мне своим теплым взглядом.
– Я надеюсь, не ты постаралась.
Предполагается, что всем смешно должно быть. Мне тоже.
