Он тогда еще совсем мальчишкой был, не все мог.
— Так это ты делал? — спрашиваю, рассматривая фигурку императора со сложной прической, облаченного в пестрые одежды — причем пестрота видна даже на некрашеном дереве. — У тебя просто золотые руки!
— Да ну что ты, это так, поделка. Ты просто не видела, что делают настоящие мастера.
— А у тебя есть еще эти… поделки? — спрашиваю, сглатывая слюнки. Ох как я хочу на это посмотре-эть…
— Да есть, конечно, — говорит. — Это же знаешь, как… ты в свободное время вяжешь, а мы вот фигурки режем всякие.
"
"Он вынимает из шкафа внушительных размеров коробку и слегка ее встряхивает для звука — там гремит и шуршит. Ну-ка, ну-ка.
Боже, чего там только нет! Звездолеты, люди, звери, утварь, оружие, машины, дома, деревья, листья, компьютеры, телефоны и прочая техника, букеты, книги, мебель, лампы, мягкие игрушки, одежда и обувь, головы с разными прическами и даже статуя Свободы — все не больше маникюрных ножниц. Это уже какой-то следующий шаг после «что вижу, о том пою».
— Ва-а-ау, — только и могу сказать я.
— Можешь взять все, что нравится, — усмехается он. — Или ничего не бери, а я специально что-нибудь вырежу именно для тебя.
— Спасибо, — говорю, не выбирая из предложенных вариантов. Что же мне напоминает это обилие?.. Ах да, те игрушки, которые мне подарил тот дядя, когда я в десять лет увела у джингошей наш корабль… Тоже был муданжец, что ли?..
Я открываю рот сказать об этом Азамату, но он уже достал вторую коробку поменьше, а та-ам… там фигурки всех членов команды.
Первым делом выхватываю Алтонгирела:
— Да-а-а, у него именно такая рожа!!! — радостно воплю я, забыв все и вся.
Азамат посмеивается.
— Он колоритный, его легко похожим сделать, — говорит. — Ты вот на Дорчжи посмотри.
Про Дорчжи мне тут же становится все понятно: натуральный такой деревенский парень, здоровый как бык и такой же непосредственный.
Я угораю над застенчивым Бойонботом, хозяйственным Тирбишем, неразличимыми и вечно помятыми пилотами. Азамат с удовольствием наблюдает, как меня скрючивает от хохота.
Когда команда кончается, вижу на дне коробки еще одну фигуру и удивляюсь: неужели и себя изобразил? Но все оказывается веселее. Это я.
Азамат в последний момент пытается выхватить у меня фигурку, тараторя, что она-де не доделана еще, но я очень хочу посмотреть. Боже, какая я красивая. Правда, мне казалось, я поуже в бедрах, но это несущественно.
— Штаны твои у меня не вышли, — оправдывается Азамат.
