Тебя можно понять, ведь в итоге ты получишь кругленькую сумму денег и сможешь, наконец, покинуть милую семейку. Наверное, тебе до смерти надоело отзываться на каждый свист.
— Это не так.
— Думаешь, Уоррен любит тебя, как племянницу? — язвительно спросил он.
— Уоррен никого не любит, пора бы тебе об этом знать. Очевидно, именно он и был твоим информатором. Уоррен черствый человек, такие понятия как честь и преданность семье для него пустой звук.
— Ты права.
— Я нахожусь здесь не ради Уоррена и не ради остальных членов семьи.
— Мне казалось, тебя держат деньги.
— Если ты в это веришь, не стану тебя разубеждать.
Как раз в это он и не верил. Для ее собственного благополучия он страстно хотел, чтобы все было именно так. Если бы она была бессердечной авантюристкой или обычной женщиной, предприимчивой и в меру охочей до денег, она бы прекрасно устроилась в жизни, умело прикрываясь магическим именем Макдауэллов.
— Ну ладно, значит, ты бесконечно предана Салли — съязвил он. — Ты осталась с ней из-за любви и чувства благодарности, и тебе наплевать на наследство.
И как же ты поступишь? Расскажешь Салли правду и отравишь ей последние недели жизни? Или будешь молча сидеть и смотреть, как жулик делает из нее посмешище?
Она растерянно молчала.
— Ты хочешь сказать, что Уоррен нанял тебя, чтобы скрасить последние дни сестры? — растерянно спросила она.
— Дорогая, не будь такой наивной, — улыбнулся он. — Ты сама сказала, что Уоррен не отличается излишней чувствительностью, а на честь семьи ему наплевать. Дело в том, что он хочет получить свою долю наследства без сучка, без задоринки.
— И что ты собираешься делать? Подписать документы и провалиться сквозь землю? А ты не думаешь, что это будет выглядеть подозрительно?
— Да кому какое дело? Кто станет задавать вопросы?
Она откинулась на подушку, на лице застыло упрямое выражение.
— Я."
"— Ты этого не сделаешь, — он придвинулся ближе, и на этот раз Кэролин не сделала попытки отодвинуться. Может, она догадывалась, что это ни к чему не приведет. Он приподнялся в темноте и положил руки ей на плечи.
Они казались такими хрупкими, такими ранимыми под его сильными ладонями.
Она сидела молча и смотрела на него, и Алекс не смог устоять. Движением, легким как перышко, он провел губами по ее рту.
— Знаешь, а мы ведь можем легко разрешить эту маленькую проблему, — прошептал он. — Странно, как это я раньше не додумался, ведь все так просто. Уоррен показывал мне завещание — доля, которая тебе причитается, совсем небольшая.
