Сам, интересно, догадался – или это только повторение чужих слов? Если со слов какого-то медика, осматривавшего Шабалина после его бесславного падения, – информация вполне достоверная. Тогда Шабалину и вправду не позавидуешь. Переломы ерунда, болезненно, но не опасно. А вот щепки в брюшной полости… Ч-черт! И вправду может кони двинуть.
Тогда-то мусорня на мне и отыграется за собственную глупость! Короче, повезло, как всегда!
Ладно, пора вставать, решил я. Нечего догадки строить, надо обо всем порасспросить, чтобы знать, к чему готовиться.
"
"Опасаясь пока открывать глаза, чтобы не спровоцировать головокружение и тошноту, я попробовал пошевелиться. И непроизвольно застонал: омоновцы постарались на славу.
– О! Очнулся! Живой! – в несколько голосов отреагировала застольная компания. Я услышал, что несколько человек встали и подошли ко мне.
– Чего глаза не открываешь? – насмешливо спросил кто-то. – На белый свет глядеть неохота?
Я не ответил, а, стиснув зубы, попытался приподняться и тут же почувствовал, как несколько рук подхватили под плечи, помогая.
Лучше бы они этого не делали! Я еле сдержался, чтобы не обложить их с ног до головы.
– Полегче, полегче! – прикрикнул на непрошеных помощников Бахва и добавил уже потише: – Лекарь нам живой и целый нужен.
У меня все-таки получилось подняться, кто-то даже подложил под спину что-то мягкое, чтобы было удобно сидеть. Теперь уже можно было попробовать открыть глаза. Все закружилось вокруг меня и вместе со мной, к горлу подкатил комок, и я поспешил снова сомкнуть веки.
Глубоко втянул носом воздух несколько раз подряд, и тошнота отпустила.
– Что, плохо? – задал кто-то глупый вопрос.
– Нет, хорошо! – едко ответил за меня Злой. – Не видишь, что ли? – И обратился ко мне:
– Ты лежи, Лекарь, глаза не открывай. По башне-то тебе настучали от всей поганой мусорской души. Наверняка сотрясение, так что лежи пока и спи. Если чего захочешь, скажи. Попить там, поесть. Из аптеки у нас только вот коньяк, и тот паленый.
Хочешь?
Я едва заметно, чтобы снова не стало плохо, отрицательно повел головой туда-обратно и попросил:
– Пить дайте.
– Во, голос подал! Молодец, – одобрительно загалдели вокруг, и я почувствовал у своих губ краешек стакана. Я взял его из чьей-то руки, поблагодарив:
– Спасибо, давай я сам. Не настолько я больной, чтоб пластиковый стакан не удержать.
В стакане оказалась минеральная вода.
– Есть хочешь? – снова спросил Злой.
– Нет, спасибо, – ответил ему я.
