— Потому что ты Альфа?
— И поэтому тоже, — сказал он, не сводя с меня глаз.
И я услышал все то, что он оставил недосказанным.
* * *
За мной пришел зверь, в этом темном лесу.
Мой Альфа тихо лежал под старым дубом, ветви которого трепетали на ветру. Его грудь поверхностно вздымалась, задерживаясь ненадолго в этом положении, затем опадала и ей требовалась целая вечность, чтобы подняться снова.
Ричард присел.
Я сузил глаза.
— Тебе следовало держаться подальше от моей территории, — сказал я.
Ричард прыгнул.
Его когти протянулись ко мне.
Пасть широко раскрылась.
Я поднял камень и…
В воздухе вдруг мелькнуло что-то белое.
Ричард взвыл, когда его отбросило в сторону.
Передо мной стоял волк со вздыбленной шерстью, низко пригнувшись к земле, оскалив зубы в яростном рычании на Ричарда, который пытался подняться на лапы.
Джо.
Джо был здесь.
С ним все в порядке.
Это был не сон, потому что моя спина жутко болела.
Я протянул руку и запустил пальцы в мех на его холке.
Почувствовал, как глубоко внутри него загудело.
Он пел для меня.
Ричард сверкнул глазами гнилого оранжевого цвета и уставился на Джо, медленно двигаясь вокруг нас.
Джо двигался синхронно с ним, всегда оставаясь между нами. Я чувствовал в нем гнев, ярость и боль. Попытался дотянуться до остальных, до нитей, которые связывали нас всех, чтобы убедиться, что никто из нашей стаи не потерялся, но все смешалось. У меня болела голова, и я не мог сосредоточиться ни на чем, кроме зеленого облегчения от того, что Джо здесь, что с ним все в порядке.
Что он не лежит под деревом, корчась в муках, а его спина не сломана.
Мы могли бы это сделать. Могли бы…
Ричард бросился на нас, не издав ни звука. Джо напрягся под моей рукой, готовясь к удару. Я уперся пятками в землю и боролся со всеми своими инстинктами, которые твердили мне бежать, потому что я не был трусом, и я, мать его, собирался выстоять вместе со своей истинной парой…
Вокруг нас вспыхнули огни, взметнувшись к небу, земля под нашими ногами застонала, внезапно задвигавшись.
Ричард столкнулся со снопом света и его отбросило назад, как будто тот был наэлектризован. Глаза волка закатились, когда он приземлился у основания старого дуба. Он задергался, ноги заскользили по грунту, зарываясь в землю.
— Окс, — раздался голос у меня за спиной.
Я обернулся.
Гордо стоял прислонившись к дереву и тяжело дыша. Его бледное лицо было покрыто потом. Он прижимал левую руку к груди. Одежда была разодрана. Гордо истекал кровью из многочисленных ран.
