По-видимому, отец Кэролайн сумел в конце концов принять потерю, а мать — нет.
— Мой вопрос может показаться вам необычным, мисс Колхаун, — сказал он. — Но постарайтесь все-таки на него ответить. Скажите, что значил для вашей дочери данфермлинский парк?
— Я… я не понимаю, что вы имеете в виду."
"— Я и сам не совсем понимаю. Дело в том, что… всплыл один факт, и мы проверяем, не имеет ли он отношения к исчезновению вашей дочери.
— А какой?
Ребус был уверен, что мать Кэролайн не сочтет находку маленького гроба в овраге данфермлинского парка хорошей новостью, поэтому прибег к стандартной отговорке:
— К сожалению, в настоящий момент я не имею права об этом говорить, мисс Колхаун.
Последовала довольно продолжительная пауза, потом она сказала:
— Кэрр… любила там гулять.
— Одна?
— Чаще всего — да. Вы… — Голос ее дрогнул. — Вы что-то нашли?
— Да, но совсем не то, о чем вы подумали.
— Вы выкопали… останки?
— Совсем нет.
— Тогда что же? — истерически выкрикнула она.
— К сожалению, мисс Колхаун, я не могу…
Она положила трубку.
Несколько мгновений Ребус смотрел на аппарат, потом сделал то же самое и отправился в туалет. Там он несколько раз плеснул себе в лицо холодной водой. Под глазами у него были темные мешки, веки припухли. Вчера вечером, после посещения Хирургического общества, он опять отправился в Портобелло и припарковался перед домом Джин, но свет в ее окнах уже не горел. Отворив дверцу машины, Ребус задумался. Что он ей скажет? И что ему от нее нужно?… Ребус как можно тише закрыл дверцу и некоторое время сидел в машине, выключив двигатель и фары и слушая композицию Джимми Хендрикса «Поздний огонек в окне».
Когда утром Ребус приехал в участок, у стола его ждал один из гражданских служащих полиции с картонной коробкой для документов в руках. Открыв крышку, Ребус заглянул внутрь. Коробка оказалась наполовину пустой. Вытащив лежавшую сверху папку, он прочел отпечатанную на машинке наклейку: «Пола Дженнифер Джиринг (урожденная Матьесон. Род. — 10 апреля 1950 г. Ум. — 6 июля 1977 г.
)». Это было досье утопленницы из Нэрна. Ребус сел, придвинул стул поближе к столу и начал читать. Минут через двадцать, когда он делал в большом линованном блокноте вторую запись, появилась Эллен Уайли.
— Прошу прощения за опоздание, — сказала она, снимая куртку.
— Видно, наши понятия о том, когда на самом деле начинается рабочий день, расходятся, — ответил Ребус.
Эллен вспомнила свои вчерашние слова и покраснела, но, поглядев на Ребуса, увидела на его лице улыбку.
