А на столе перед ним лежало всего пять бумажных листов — пять человеческих жизней. Вероятно — пять жертв. Кэролайн Фармер была самой молодой из них — когда она исчезла, ей едва исполнилось шестнадцать. Сегодня утром Ребус дозвонился наконец до ее матери. Решиться на звонок было нелегко, но разговаривать с несчастной женщиной оказалось еще труднее. Не успел он произнести первые слова, как она перебила его:
— Как?! Неужели есть какие-то известия?! — Внезапная вспышка надежды и его разочаровывающий ответ. Как бы там ни было, он сумел узнать от нее все, что собирался.
Пропавшая девушка так и не вернулась домой. В первые дни после исчезновения, когда фото Кэролайн публиковалось в газетах, поступали сигналы о том, что ее якобы видели там-то и там-то, но после проверки все они оказались ложными. С тех пор о Кэролайн ничего не было слышно.
— В прошлом году мы переехали, — сказала Ребусу мать девушки. — Пришлось освободить ее спальню…
Из этих слов Ребус понял, что комната Кэролайн на протяжении почти четверти века ждала свою хозяйку: стены украшали все те же постеры, а в стенном шкафу висели на плечиках модные в семидесятых годах юбки, джинсы, жакеты.
— Полиция, кажется, считала, что мы сами ее чем-то обидели, — сказала мать Кэролайн. — Это мы-то!.. Мы, ее родители!..
Ребус знал, что в подобных случаях виноватыми чаще всего бывают именно самые близкие люди — отец, дядя или двоюродный брат, но говорить об этом сейчас ему не хотелось.
— Потом они взялись за Ронни…
— Это был приятель Кэролайн? — догадался Ребус.
— Да. Она встречалась с ним некоторое время.
— Насколько я знаю, они расстались незадолго до…
— Вы же знаете подростков!.. — воскликнула миссис Фармер, словно речь шла о событиях недельной давности. Ребус не сомневался, что воспоминания о дочери еще свежи и частенько не дают ей заснуть.
— Но в конце концов его исключили из числа подозреваемых, не так ли?
— Да, в конце концов от него отстали, но после этого бедный мальчик очень изменился. Его родителям даже пришлось переехать в другое место.
Еще долго после этого он писал мне, но потом перестал…
— Миссис Фармер…
— Теперь я снова мисс Колхаун. Джо меня бросил.
— Извините, пожалуйста, мисс Колхаун, я не хотел…
— Не за что тут извиняться. Я, во всяком случае, ничуть об этом не жалею.
— Скажите, имело ли это отношение к… впрочем, это не мое дело.
— Джо почти не вспоминал о Кэрр, — жестко сказала мисс Колхаун, и Ребус подумал, что это кое-что объясняет.
