А вилку с короткими тремя зубцами раньше вообще не видела.
– Для котлеты положена эштанг! – выпалила Киса.
Я перевела взгляд на еще один прибор. На что он похож? На шило с зубцами! Или на штопор! Как им пользоваться? Да ежу понятно! Есть-то очень хочется, Роза Леопольдовна вкусно готовит! Сглотнув слюну, я воткнула «шило-штопор» в котлету, поднесла ее ко рту, откусила…
– Лампа, – простонала Киса, – мрак и туман! Фотопопа страшная! Страшенная!
– Что не так? – удивилась я.
– Ты держишь котлету на эштанге, – голосом, полным ужаса, объяснила девочка, – это… ну… это… ну это… хуже только в кофе сахар ложкой размешивать при всех!
Теперь в моей неинтеллигентной голове столкнулись два вопроса.
Каким образом есть котлету с помощью шила-штопора, если его нельзя воткнуть в еду? И почему сахар в кофе нельзя размешивать при всех? Неужели надо интеллигентно бежать с чашкой в сортир и там проводить процедуру?
Глава тринадцатая
– Дорогая дочь, – торжественно заявил Макс, – папан, конечно, полный дуракан, объясни мне, как с котлетой расправиться?
Кисуня горестно вздохнула.
– Мрак и туман!
Потом она воткнула прибор в середину котлеты, покрутила, вытащила его, отправила в рот малую толику мяса, которая налипла на «шило-штопор», и через секунду осведомилась:
– Ясно?
Я кивнула.
– Теперь объясни, что делать с гречкой?
Кисуня улыбнулась.
– Смотри. Мессером аккуратно отделяешь несколько комочков каши. Потом габелем накалываешь их, и ам!
– Есть по крупинке? – растерялась я. – Но это неудобно, так до завтра провозишься.
– Вовсе нет, – возразила Киса, – по-моему, это очень легко!
Девочка начала ловко орудовать приборами.
– Попытаемся есть интеллигентно, – решил Макс, – надо же хоть когда-нибудь научиться хорошим манерам.
– Согласна, – вздохнула я и принялась загребать на вилку крупинки.
А те оказались ближайшими родственниками блохи, скакали по тарелке, егозили, убегали… В какой-то момент меня охватил азарт: ну, гречка, погоди! И я что есть сил стукнула по комочкам трезубцем.
Не могу с помощью мессера справиться с задачей, так просто наколю непоседливую кашу. Вилка скользнула по тарелке, попала в массу гречки, та взметнулась вверх и осыпалась на стол. Через секунду мне в лицо шмякнулась губка. От неожиданности я замахала руками, уронила нож, тот шлепнулся в миску с салатом и опрокинул ее. А губка, которую я смахнула, упала на пол. Именно в этот момент Роза Леопольдовна поставила в центр стола блюдо с тортом.
