— Дань, а я с боссом поругалась и… — мнусь, подбирая слова. — В общем, почитай мой контракт, пожалуйста. Я больше не хочу и не могу работать в модельном агентстве.
13. «Делать тебя счастливой»
Пока Данил общается с моим боссом по телефону, я расхаживаю по квартире не останавливаясь. За закрытой дверью кабинета слишком тихо. Любопытство распирает, но я заставляю себя быть терпеливой, и смиренно дождаться вердикта.
Я слишком взволнована, успокоиться не получается. Схватив айкос, выхожу на балкон. Шестнадцатый этаж.
Очень высоко, смотреть вниз страшно. И как Потоцкий додумался забраться на такую высоту?
С первой затяжкой приходит небольшое облегчение и осознание, что я зря паникую. Ничего смертельно опасного не происходит. Ну подумаешь: Потоцкий заплатит приличную сумму денег за одностороннее расторжение контракта. Ха! Это же его любимый метод решения проблем. С него станется."
"«Любимый метод? Ты в своём уме, Настя? Ты видела ту сумму? Если почку свою продашь, то даже на половину не хватит», — вопит внутренний голос.
Ну да. Сумма сказочная. Артём — гандон, всё предусмотрел. И нечего его обвинять в хитрожопости, насильно же никто не заставлял подписывать контракт.
«Думай, Настя, как бабки Потоцкому будешь отдавать. Из трудового рабства попасть в сексуальное — сомнительный выход», — продолжает топить мою самооценку всё тот же внутренний голос.
Закрываю уши руками, будто это может помочь заткнуть голос в моей голове. А где-то внутри меня отголоски здравого смысла подсказывают позвонить психиатру и договориться о встрече.
Давненько я не была у врача. Пора бы уже показаться.
Заканчиваю курить. Возвратившись в квартиру, тихо на цыпочках подкрадываюсь к двери. И бам! Дверь резко отрывшись, впечатывается прямо в меня.
— Ай, — заскулив, ладонь прикладываю ко лбу.
— Сильно ударилась? Дай посмотрю, — Потоцкий убирает со лба мою ладонь, рассматривает и хмурится. — Блядь… Настя, ты как ребёнок. Нахрена под дверью стояла?
— Не злись. Я не специально
Чувствую, что вот-вот расплачусь.
Нет чтобы меня пожалеть, так он ещё с претензиями наезжает.
— Ладно, прости. Я не хотел так грубо. Идём в кухне, приложим к твоему лбу что-то холодное, пока не появился синяк.
Видя меня за руку как свою дочку, Потоцкий быстрым шагом рассекает коридор. Едва успеваю за ним, приходится даже бежать.
В кухне усаживает меня на стул, из морозилки достаёт пакет с замороженными овощами и, заправив за уши пряди моих волос, прикладывает ко лбу этот пакет.
