Знаю, сейчас он будет трахать меня так, как любит больше всего: сзади и жёстко.
Войдя в моё влажное лоно на всю длину члена, Данил сразу берёт быстрый темп. Мощными толчками врывается в меня снова и слова, не давая мне ни одной секунды на передышку. Его пальцы намертво припечатаны к моим бёдрам, после такого по-любому останутся отметины на коже.
Новая волна возбуждения окатывает мой низ живота знакомым жаром. Подмахивая ему бёдрами, я начинаю тихонько постанывать и рукой мять по очереди свои груди. Соски твёрдые сжимаю пальцами.
А ещё хочется просунуть руку у себя между ног и надавить на клитор, как я люблю делать, когда мастурбирую во время принятия душа.
Издав тяжёлый рык, Данил кончает раньше, чем я ожидала. Наполняет моё лоно своей спермой. Продолжает крепко держать за бёдра, впиваясь пальцами до ощутимой боли.
* * *После секса мы вместе принимаем душ, благо душевая кабинка в квартире Потоцкого приличных размеров. Мы с лёгкостью помещаемся в ней вдвоём, не стесняя друг друга.
Постоянно целуемся, не в силах насытиться близостью после разлуки.
Его руки блуждают по всему моему телу. Клеймят каждый сантиметр.
Упираясь ладонями в его мощную грудную клетку, я заглядываю в прищуренные глаза Данила. Он выглядит таким счастливым сейчас, наверное, я выгляжу точно так же.
— Дань, я не просто так к тебе приехала. Я вернулась навсегда.
— Успела, — усмехается он и губами тянется к моей шее, осыпает изгиб своими поцелуями.
— Почему ты так сказал? Успела… куда?
— Успела вернуться ко мне.
Моё терпение не безгранично, малыш. Нахер твой контракт. Приехал бы в столицу и забрал тебя домой.
— Насильно, что ли?
— Угу, — прикусив кожу на моей ключице, тут же ведёт языком по месту укуса. — Насть, я старый уже для этой хуйни. Отношения на расстоянии — это когда вам по двадцать лет и ещё не знаете: чего хотите от жизни. А я давно определился. Тебя хочу. Давно хочу, но хотеть лучшую подругу законной жены было нельзя. Теперь ты моя, назад я тебя уже не отпущу.
— Как там она, Дань? Ничего не слышно?
— Похуй на неё вообще.
Молчу, прикусив щеку изнутри. Не вовремя зашёл разговор о Людке, но как-нибудь потом я спрошу о ней ещё раз. Ведь не бывает так, что люди после десяти лет совместной жизни под одной крышей стали друг другу совсем чужими. Возможно, я подсознательно боюсь встретиться с ней случайно, а может быть просто хочу убедиться, что я действительно единственная женщина в жизни Потоцкого, точнее сказать, его последняя женщина.
