Я только успеваю свесить с кровати ноги вниз, босыми ступнями коснуться ворсистого ковра, как в комнате, где я нахожусь, распахивается настежь дверь, с грохотом ударяется об стену.
Мгновение застывает. Тяжёлый взгляд любимых глаз мрачнее ночи пронзает насквозь. Лицо Потоцкого искажено маской боли — не физической, моральная боль сильнее в разы бывает — это я хорошо усвоила на своём горьком опыте.
Тяжело дыша и продолжая смотреть на меня из-под нахмуренных бровей, Данил стоит на месте, как прибитый. Представляю, что он сейчас себе думает, я бы подумала о том же.
Недвусмысленная картина видится ему как на ладони. Я не ночевала дома, а была здесь — в холостяцкой квартире очень симпатичного мужчины. Думаю, этот факт причиняет Потоцкому душевные муки, если она у него, конечно же, есть — душа в смысле.
Отбросив все сомнения, я вскидываю подбородок, плечи расправляю. Пусть любуется моим опухшим после сна лицом и визуализирует в своей голове яркие картинки, я даже оправдываться не стану. Не буду ни в чём переубеждать.
— Насмотрелся? — с ухмылкой на губах откидываю в сторону одеяло, медленно встаю с кровати.
Потоцкий прищуривается. Взглядом мажет по мне вверх-вниз от макушки до кончиков пальцев на ногах. А я лишь в одной мужской футболке, которая доходит мне до колен, напоминая свободное платье. Распущенные волосы свободно лежат на плечах.
— Быстро оделась и на выход, — чеканит чужим, не знакомым мне ранее голосом.
— Хм… — глотаю усмешку. Не хочу дёргать тигра за усы, но, по-моему, я это начала делать ещё вчера, когда додумалась позвонить Денису.
— Я долго ждать не буду. Даю тебе пять минут, потом выношу на улицу, в чём будешь.
Так и не подойдя ко мне ни на шаг, круто разворачивается на пятках и уходит прочь. И лишь запах его «Том Форд» витает в воздухе, напоминая мне о том, что ничего не приснилось, что всё по-настоящему. Потоцкий был здесь, нашёл меня каким-то чудесным образом.
Что дальше нас ждёт? А это уже как кривая вывезет. Он сделал мне больно, я ему в ответ. Оказывается, в эту игру можно играть вдвоём.
Только от этого факта мне нисколько не легче, а наоборот. Дыра в груди становится ещё больше.
Дождавшись, когда за Данилом захлопнется дверь, я ещё раз хорошенько осматриваюсь, но свою одежду всё равно не вижу. Поэтому выхожу из комнаты, зову Дениса.
В кухне сидят мужчины. Потоцкий в дальнем углу сидит, нога закинута на ногу, пальцами правой руки нервно перебирает пачку своего «Парламента». Заметив меня, Денис встаёт со стула, идёт навстречу.
