Она медленно приблизилась и вошла в комнату.
Ее муж, похудевший и заросший щетиной, сидел на тюфяке, прислонившись к спинке огромной кровати. Ногти его были содраны до крови – он пытался сорвать ошейник. Возле него стояло ведро, в котором оставалось около трети воды; другое ведро, закрытое крышкой, Гэвин отодвинул так далеко к стене, как только хватило длины цепи. Миссис Норидж, вопреки своему предупреждению, оставила пленнику долго не черствеющие лепешки, яблоки, морковь и сливы. Все это было разложено вокруг.
– Мэл, – жалобно воскликнул Гэвин. – Ох, слава богу, Мэл! Господи, я уж испугался, что рехнулся, когда услышал шаги. Это ты… Я думал, что умру здесь в одиночестве.
– Что ж, ты жив и относительно здоров, – сказала Миллисент, взяв себя в руки. – И вполне можешь провести здесь еще столько же времени.
Она шагнула к двери, но ее остановил возглас за спиной:
– Подожди! Умоляю, Миллисент!
На глазах Гэвина выступили слезы.
– Останься, прошу тебя. Хотя бы ненадолго. Мне ничего не нужно от тебя, просто посиди со мной…"
"Она пристально взглянула на мужчину, не понимая, что он задумал.
– Для меня как будто тысяча лет прошла, пока я был здесь один, – выдохнул Гэвин. – Боже, Мэл… я столько передумал, столько осознал! Мне нет прощения. Вы с Норидж должны бы застрелить меня, как бешеную собаку.
– Возможно, мы так и поступим, когда она вернется, – не удержалась Миллисент.
– Так ее нет в городе?
Миллисент поняла, какую ошибку допустила, и прикусила губу.
– Это не важно.
– Гэвин покачал головой. – Побудь со мной, Мэл.
Словно загипнотизированная его хрипловатым молящим голосом, Миллисент опустилась на стул.
– Все эти дни я молил Господа, чтобы он позволил мне увидеть тебя перед смертью. Чтобы я мог сказать тебе, как я сожалею о том, что пытался сделать с тобой. Нет, постой! – Он протянул к ней руки, видя, что она вскочила и вот-вот убежит. – Я знаю, что недостоин прощения! Я и не прошу об этом! Я был чудовищем и должен понести наказание. Но чудовище любило тебя, Мэл… и продолжает любить.
Прости меня… Прости!
– И ты говоришь о любви?! – Миллисент сжала кулаки. – Боже, Гэвин!.. Ты убивал женщин, полюбивших тебя! Да-да, миссис Норидж все мне рассказала! Ты убил бы и меня, если бы я не помешала тебе! И все только ради того, чтобы стать богаче!
– Я хотел убить тебя не ради твоих денег!
Миллисент ошеломленно замолчала.
– Не ради денег, – повторил Гэвин уже спокойнее. – Я хочу, чтобы ты знала правду.
