«Но знаем ли мы, на что способны наши друзья?» Ей вспомнились следы на земле, которые оставляла его тяжелая трость.
Артуру Оттису чуть за шестьдесят. Благонравный джентльмен, крайне набожный; много жертвует на нужды церкви; холост, не так давно похоронил мать, дожившую без малого до ста лет. Исправно платит экономке, кухарке и садовнику, которые расточают ему похвалы на весь город. В их дифирамбах миссис Норидж чудилась фальшь.
Брендан Коу… Близкий друг Джека Эванса – быть может, единственный. Любитель приударить за хорошенькой мордашкой, вертопрах и шалопай, – из тех людей, в которых собственный характер выковывается годам к сорока, а то и к пятидесяти.
С точки зрения миссис Норидж, сейчас Брендан Коу был лишь заготовкой мужчины. Не исключено, что гибель Эванса заставит его повзрослеть.
Джошуа Шакпи, он же капитан Шакпи – о, крайне занятная личность! Утверждает, что он бывший капитан корабля, который сожгли конкуренты. Миссис Норидж подозревала, что миллион морских баек, которые имелись у него на каждый случай, был почерпнут в кабаках Саутгемптона.
Не женат; по слухам, частый посетитель заведения мамаши Бломфилд в соседнем Остер-Чемптоне.
Наконец, Пит Сондерс, которого все называют Малышом Сондерсом. Сын трактирщика, разносивший выпивку. Он подходил лишь изредка, но мог слышать, о чем говорит Эванс."
"Охотник сказал, что увидел девочку на поле, когда ему было девять. Через неделю он должен был встретить свой двадцать девятый день рождения. Следовательно, убийца расправился с ребенком двадцать лет назад.
– Двадцать лет, – задумчиво повторила вслух миссис Норидж, постукивая карандашом по столу, а затем вычеркнула Брендана Коу и Малыша Сондерса: оба были слишком малы, когда убили девочку.
Кто остается?
Капитан Шакпи, Артур Оттис и, как ни печально, доктор Хэддок.
Миссис Норидж отложила карандаш и взялась за яблоко.
Допустим, один из этой троицы побывал в Морпете на ярмарке и именно его встретил, возвращаясь с долгой прогулки, девятилетний Джек Эванс.
Что это означает?
«Что я имею дело с человеком крайне опасным, – сказала себе миссис Норидж. – Он подслушал наш разговор и сообразил, что Эванс может представлять для него угрозу. Другой бы бежал; он выбрал убить свидетеля. Что еще? Это человек, одержимый гнусной манией. Вряд ли с годами он научился обуздывать ее…»
Она нахмурилась, пытаясь вспомнить, не слышала ли о громких случаях убийств или исчезновений детей в округе. «Нет, об этом шумели бы на всех углах.
