После обеда у нас было торжественное совещание, директор всех поздравила, профком обеспечил поздравление шампанским и бутербродами, и нас всех с Богом отпустили на новогодние праздники, напомнив, что первого-второго января нужно обязательно посетить неблагополучные семьи.
Мы с девчонками вышли вместе. Вот только я обнаружила, что забыла флешку с рабочей программой на третью четверть, а в праздники как раз хотела поработать. Всё равно брат не сможет приехать, у них там в университете в общежитии тоже праздник намечается.
Сказала девочкам меня не ждать, нам только половину пути вместе идти. А как вышла, уже и стемнеть успело. Едва за ворота успела завернуть, как на голову мне надели мешок, руки связали, затолкали в багажник машины и куда-то увезли.
И вот я здесь…
– Репетиторов на Абито сейчас ищут, молодые люди, – я попыталась чуть повести носом, чтобы очки встали ровнее, но удалось не особенно. – А не похищают. Немедленно отвезите меня туда, где взяли!
И будто только сейчас они вспомнили обо мне.
Мужчины повернули головы и внимательно посмотрели.
– И что нам теперь с ней делать, а? – покачав головой, спрашивает главный. – Она-то нас видела.
– Да что, босс… – пожимает плечами лысый. – Что и положено в таких случаях.
Он делает движение большим пальцем, чуть приподняв его в направлении горла, а у меня кровь стынет от страха. Вот-вот зубы застучат. Да они уже, собственно, стучат.
– Не надо, – вжимаю голову в плечи. – Лучше обратно отвезите. Я никому не скажу. Честное слово.
Уж не знаю, имеет ли для бандитов, коими эти двое являются, вообще смысл это выражение.
Может, надо было сказать “слово пацана”?
– Ну это вряд ли, – сводит хмуро брови который Аким Максимович. – Обратно ты точно не поедешь.
2
– Вы не имеете права держать меня против воли! – адреналин притупил страх и чувство самосохранения, которые настоятельно советовали мне помолчать. – Это запрещено законом, вообще-то. Меня искать будут! Ой…
Главный кивает лысому, и тот подходит ко мне, держа в руках нож.
Я зажмуриваюсь, задержав дыхание, от леденящего ужаса, когда он наклоняется ко мне. Сердце буквально выскакивает из груди, лупит на полную катушку, качая адреналин по венам.
Но лысый только перерезает скотч, а потом грубо дёргает меня за плечо, поставив на ноги. Я тут же отшатываюсь от него, отхожу на шаг. Растираю свои бедные запястья, затёкшие во время вынужденного положения. Синяки, наверное, останутся. Но, кажется, это моя не самая большая проблема сейчас.
