Оно и так к концу четверти обычно уже фальшивит, а после классных мероприятий, во время которых приходится периодически повышать голос, чтобы привести в порядок дисциплину, уж тем более.
– Конечно, – кивает Рената Рустамовна. – Кулер сзади вас. Ужин уже прошёл, но если вы голодны, я сейчас дам распоряжение и его вам организуют.
Тут что, целый полк прислуги, что ли?
– Нет, спасибо, – качаю головой отрицательно. После того, как меня связали и похитили, кусок в горло точно не полезет. Я в стрессовые моменты есть совсем не могу.
– Сергей, спасибо, – она кивает лысому, но тот уходить не спешит. Топчется на месте, будто сказать что-то хочет, но не решается.
Этот и не решается? Да ладно!
– Это… Рената Рустамовна, я вот ту книжку прочитал, что вы давали…
Вау! Он ещё и читает! Сейчас окажется, что он бывший советский интеллигент-диссидент.
– Уголовный кодекс ещё не помешало бы почитать, – бормочу негромко.
– Чё? – оборачивается лысый, кривится мне и снова смотрит на Ренату Рустамовну, только уже куда более покладисто.
Может, он в неё влюблён? Вот точно влюблён же!
– Сергей, это замечательно, – кивает она, и её губы трогает лёгкая улыбка. – Завтра я принесу вам вторую часть. Мой сын обожает Гарри Поттера, у него все книги есть.
Я едва сдерживаюсь, чтобы не засмеяться вслух. Лысый читает Гарри Поттера – вот оно что! Интересно, он вообще может выговорить “аллохомора”? Это слово куда длиннее “чё” или “ёпт”.
– Пасиба. Ну я тогда пошёл.
– До свидания, – кивает ему управляющая, и он, наконец, уходит.
– А где ваши вещи? – спрашивает Рената Рустамовна, снова переключившись на меня.
– Их нет, – пожимаю плечами, предпочитая умолчать, как сюда попала.
– Ну ладно. Пойдёмте за мной.
Делать нечего – иду. Вряд ли имеет смысл тут же бросаться к двери и пытаться сбежать, я ведь понятия не имею, где я. Да и, уверена, что у такого дома и охраны полно. Надо же добро награбленное защищать кому-то. А то, что всё это добыто нечестным путём, я уверена. На одного только подручного посмотреть… брр.
Мы проходим через один коридор, потом второй, а затем поднимаемся по лестнице на второй этаж. Более простой, не такой шикарной, как та, что ведёт из гостиной, но тоже красивой. На стенах картины и фонарики. Под самым потолком разноцветные огоньки – новогоднее украшение.
– Сколько лет мальчику? – спрашиваю, чтобы заполнить паузу, пока следую за Ренатой Рустамовной.
– Почти восемь.
– Он ходит в школу?
– Нет. Аким Максимович предпочитает домашнее обучение.
