Злость с протестом вступают в дуэт и совершенно точно делают все за меня! Иначе я не знаю, какого черта хватаю Мирослава за пиджак, притягиваю его к себе и крепко целую без лишних раздумий."
"Это происходит так неожиданно для нас двоих, что он тоже замирает на секунду, точно как и я. Я сама удивляюсь своему этому шагу, но останавливаться уже явно поздно. Не могу же я признать поражение перед этой выскочкой, в конце-то концов.
Я не ведаю, что творю, но очевидно, это самое банальное задетое женское самолюбие. Не страстная, не сексуальная, не такая, какая ему нужна… Конечно, меня задевает! Вот и целую своего босса, пытаясь что-то доказать Марине.
Но шагать назад уже нельзя, поэтому я обхватываю Мирослава за шею, притягивая чуть ближе к себе, и углубляю наш поцелуй, какого-то черта не встречая и капли сопротивления.
Почему он…
Я чувствую, как он сжимает горячими ладонями мою талию, как прижимает ближе к себе и как целует в ответ. А целует он так… Боже, у меня никогда в жизни не было таких поцелуев. Такие поцелуи нужно срочно запрещать на законодательном уровне! Это… боже! Я не чувствую пальцев рук, коленки подкашиваются, губы немеют.
Это та страсть, о которой шла речь? Если да, то мне кажется, ее было не так много, даже когда мы с Мирославом в его кабинете… ну… Не так остро было, в общем-то, как сейчас при этом поцелуе.
Я теряю счет времени, просто стою, прижимаюсь к своему начальнику и отчаянно его целую, словно имею на это хотя бы какое-то право.
А потом понимаю, что натворила…
И отпрыгиваю от него так быстро, как только могу на своих ватных ногах.
Упираюсь спиной в стойку и только из-за этого не падаю на пол.
Боже мой! Что это было вообще?
Поворачиваю голову, но Марину за стойкой не нахожу. Ушла? Не понравился спектакль? Интересно, а как все это выглядело со стороны?
О боже, о чем ты думаешь, Соня!
Я поднимаю испуганные глаза на Мирослава Сергеевича и прикрываю ладонью рот, даже не зная, что сказать. Он стоит все еще близко, глаза горят, а губы блестят от моего вишневого бальзама.
А еще они красные. Очень красные от того, что я, видимо, немного кусалась во время поцелуя…
Ну все. Он меня уволит. И будет прав. Точно уволит и точно-точно-точно будет прав.
Вот идиотка. Сама ходила скулила, чтобы он не шутил по поводу каких-то наших отношений, а теперь вцепилась в него как ненормальная.
А хотя… Не одна я виновата! Вообще-то!
– И я рад тебя видеть, Сонечка, – внезапно говорит он, улыбнувшись, и меня прорывает лавиной злости.
