"
"— Матильда Адамовна, как вы меркантильны!
— Я еврейская бабка. О чем ты вообще?! — парирует бабуля и улыбается. — Но если серьезно, то пора уже, Инга, решить все вопросы. Если ты не против того, чтобы он общался с сыном, пусть общается, сделай все возможное, чтобы Сашка принял отца. Если ты чувствуешь что-то к Никите, поговори с ним, попытайся разобраться в себе.
— Если ему надо… — начинаю пылить, но бабушка не дает договорить.
— И все опять вернется на круги своя. Вы не дети малые, а ты не восемнадцатилетняя девочка.
Бери судьбу в свои руки. Поговорите, разберитесь. Тем более его дочери нужна мать.
Женечка очень хорошая девочка. Своеобразная, дерзкая, слишком умная для своего возраста, понимающая.
— Он женат, — ищу аргументы.
— Он развелся, — чеканит бабушка. Я резко оборачиваюсь. — Я слышала, как он разговаривал с адвокатом. Сегодня был суд. Ее лишили родительских прав, и они больше не женаты.
А мне ничего не сказал.
— Я не смогу принять чужого ребенка, — выдыхаю.
— Ты уже это сделала.
Да. Сделала.
— Алекс не примет его, когда узнает.
— Как бы ты ни уговаривала себя, но Сашке нужен отец. Он растет. Взрослеет. Мать — это прекрасно. Но фигуру отца невозможно забрать из уравнения и при этом получить верный ответ.
Мой маленький мальчик вырос, и теперь его интересуют совершенно другие темы. Есть вопросы, на которые я не в состоянии ответить, это может сделать только мужчина.
— Я не готова простить.
— Вот, уже больше похоже на правду. У тебя впереди вся жизнь, чтобы испытывать его на прочность, — улыбается.
— Как так получилось, что ты стала болеть за другую команду? — складываю руки на груди.
— Просто посмотрела на вас.
— Вас?
— Вас. На тебя. Него. Сашку и Женю. Всех вместе. Вы не семья, но и не чужие друг другу. Тебе дорога его дочь, а ему был дорог Сашка еще до того, как он узнал правду об отцовстве. Вы проводили время вдвоем с Никитой.
— Мы цапались! — перебиваю ее.
— Как и все пары.
Выдыхаю.
— Просто подумай об этом, Инга. Я не даю тебе инструкцию «как надо», просто не руби сгоряча.
Празднование продолжается. Детвора шумно обсуждает что-то, Женя вертится вокруг Сашки. У моего сына спрашивают шепотом:
— Это твой отец? Крутой!
— Не, — отмахивается Саша и кидает озадаченный взгляд на Никиту. — Это мамин друг.
А сам смотрит на него, разрывая мне душу на куски.
Никита отходит ответить на звонок, мой сын провожает его жадным взглядом. Прикладываю ладони к пылающим щекам. К горлу подкатывает ком.
