Если бы Рафаэль сказал, что с Костей всё в порядке и он скоро будет здесь, я бы, наверное, горы свернула в ожидании нашей встречи, но все молчат. И в новостях об этом тоже ничего нет.
— Плохо всё. Гончарова ждет большой срок.
Опять сдерживаюсь, но предчувствую, что после ухода Рафаэля к учебникам я сегодня больше не притронусь.
— Ты поэтому летишь в Москву?
— Я разве сказал, что лечу в Москву? Мне туда пока нельзя.
— И что будет после того, как я подпишу бумаги?
— Станешь богатой и независимой женщиной.
— Потому что Костю посадят?
— Да хоть бы уже посадили. На зоне Суворов ему обеспечит защиту и относительный комфорт. А на свободе Гончаров сразу сыграет в ящик.
Не знаю, как спина по-прежнему остается ровной. Неужели я превращаюсь в такого же робота, как Костя? Вот, значит, как он развил в себе это внешнее безразличие? От мысли, что жизнь Гончарова состояла сплошь из внутренних сломов, становится тяжело на душе. Мне ли осуждать человека, который решил разорвать этот круг и выпустить демонов наружу?
— Я могу отказаться?
— А зачем? Или ты думаешь, что, если закроешься в себе, это будет правильный выбор? Ну ладно.
Поддашься сейчас эмоциям и скажешь нет, но что потом?
— Без понятия. Я не хочу думать о будущем, в котором не будет Кости. Мне не нужно это дело и этот дом...
— Хорошо, что Гончаров тебя не слышит. Неужели за этот месяц до тебя не дошло, что Костя делает?
— Нет. Кроме того, что Симидзу рано или поздно умрет, а я и какой-то молодой человек примерно моего возраста — единственные официальные наследники.
На мой вопрос, кто это, Нобуо ничего не ответил. Спрашиваю теперь тебя. Кто этот человек, который фигурирует в документах?
— Брат Кости.
— Что? Ты шутишь? Я впервые об этом слышу. Костя бы мне сказал...
— О нем никто не знал. Даже я. Мысли, что это брат Гончарова, не возникало, пока недавно не увидел Илью лично. У него синдром Аспергера. Внешне обычный человек, но на самом деле это не так. Илья преуспевает в математике и физике.
Сейчас он с наставником в Корее. Вернется через пару недель, и вы обязательно познакомитесь.
Сердце от такой новости ухает куда-то вниз.
— Почему Костя скрывал брата от общества? А Марина? Она знала об Илье?
— Понятия не имею. Они с Костей часто ездили отдыхать в Японию. Потом мы начали развивать здесь бизнес. После смерти Марины Костя оставил своего человека, чтобы тот следил за порядком, и стал реже сюда летать.
