По темноэльфийской моде оно плотно облегало бедра мелкими декоративными складками с россыпью перламутровых жемчужин, а чуть ниже расходилось волной, точно фантастический цветок.
Как сказала служанка, это лучший наряд дочери начальника гарнизона, который она заказала к своему совершеннолетию, но от чистого сердца предложила мне взамен того, что было испорчено. К платью прилагался шикарный полушубок, похожий на норковый, меховые сапожки и муфта в тон на тонкой золотой цепочке. Здесь, в подземелье, они мне были не нужны, а выпустят ли меня на поверхность – я не знала.
Из зеркала на меня глянула бледная незнакомка с огромными глазами на тонком лице. Едва заметные тейтры чуть поблескивали в магическом свете, а в волосах прибавилось черных прядей: если раньше они лишь выглядывали из-под локонов на затылке, то теперь темной рамкой обрамляли лицо. Прямая челка, прикрывающая брови, и пряди на висках стали черными, как вороново крыло.
Я тяжело вздохнула, рассматривая себя.
Что ж, пора признаться, я едва не совершила ужасную ошибку.
Как теперь смотреть в глаза жителям крепости? Всем этим женщинам и детям, которые едва не оказались жертвами моего гнева! Как я могла быть столь доверчивой и наивной, что поверила в собственное могущество? Идиотка!
Разве не учили меня, чем светлая магия отличается от темной? Светлой управляешь ты, а темная управляет тобой! Стоит лишь впустить в себя больше, чем можешь удержать – и уже не ты диктуешь свои условия темным силам, а они манипулируют тобой.
И все твои мелкие обиды раздуваются до невиданных размеров, обращаясь в жгучую жажду мести и разрушений.
А я позволила этому случиться со мной…
Если бы не Айренир, стоять мне сейчас посреди начисто выжженной долины, в окружении обрушенных скал, среди трупов тех, кто доверился мне.
Смогла бы я себя простить после этого? Нет.
Мой сумасшедший темный принц еще не знает, что спас не только своих подданных, но и мою бессмертную душу от той бездны, в которую я едва не упала по собственной глупости.
***
Слегка перекусив, я решила отправиться на поиски Айренира. После того, что произошло, я почувствовала между нами крепкую связь. Странные золотисто-багровые нити связали наши ауры неразрывными узами, и теперь я странным образом ощущала его присутствие везде, где бы он ни был.
Накинув поверх платья солдатский плащ, в котором меня принесли в лазарет, и натянув капюшон по самый нос, я отправилась на поиски.
Мне недолго пришлось плутать коридорами.
