– Орки бежали, почувствовав возмущение силы. Это землетрясение… это вы сделали? Вы пытались нас убить?
Пряча взгляд, молча опустилась на колени и приподняла голову Айренира. Он был такой бледный, что я испугалась, а вдруг все было зря, и он не выжил?! Но нет, его аура потихоньку наливалась багровым светом, черные дыры медленно зарастали. Я вдруг поняла, что едва не потеряла его, и снова заплакала, но на этот раз беззвучно, просто чувствовала, как внутри все сжимается от невыносимой боли.
Кто-то оторвал меня от него.
Потом меня куда-то несли, поили настойками, кормили… Чьи-то ласковые руки переодевали меня… Незнакомый женский голос шептал, что уже все закончено, крепость отбили, орки бежали, бросив своих союзников-магов, действительно оказавшихся светлыми эльфами. Что связь восстановлена, и скоро прибудет сам король, а принц Мерильен хочет увидеться со мной, потому что узнал о том, что я спасла его жену и сына…
Но мне было все равно.
Словно в забытьи, я плыла по волнам отчуждения, полностью опустошенная, и думала только об Айренире.
Я больше не могла себе врать. Истина оказалась горше любого яда: не могу без него. Если он умрет – я умру вместе с ним.
Сегодня я готова была отдать всю свою кровь по капле за то, чтобы он жил. Но боги не приняли эту жертву, удовольствовавшись моим неистовым желанием сделать это. Они вернули ему жизнь и ничего не взяли взамен. Теперь я в долгу у богов.
Что потребуют они за свою помощь?!
***
Всю ночь я пролежала в лазарете, в том самом закутке, где была Эовен.
Наутро женщины и дети разошлись по своим домам, кто – встречать вернувшихся с победой мужчин, а кто – готовиться к похоронам. Беременную эльфийку забрали в покои Мерильена, который чудом уцелел во время боя. Теперь, узнав, что едва не лишился возлюбленной, он пожелал постоянно видеть ее рядом с собой. Мне тоже предложили перебраться в крыло для важных персон."
"Крепость Рох стояла на границе и не могла похвастаться особым комфортом, но для инспекторов из столицы и королевской семьи здесь имелись отдельные апартаменты.
В отведенной мне комнате, весьма скромной по сравнению с покоями в Заррагбане, я быстренько приняла ванну и переоделась в чистую одежду, принесенную незнакомой служанкой-дварфой.
Это было изящное платье из мягкой шерсти глубокого синего цвета, с длинными узкими рукавами, украшенными буфами на плечах и достаточно скромным вырезом.
