— Марат, ты знаешь, как полдня удерживать вершины двух согнутых деревьев?
— Нет, — фыркнул драконид, не понимая, к чему клонит наставник.
— А хочешь узнать?
— Не хочу, — обиженно буркнул юнец.
— Тогда запомни: моя голова работает отлично, — сказал воин, отсекая любые возражения.
— Ну конечно. Она прекрасно работает, лучше не бывает. Она услышала, что влюбленная девчонка невпопад, от обиды брякнула, и тут же поверила.
— Что ты такое говоришь? — насторожился бывший страж.
— Как, неужели твоя голова не поняла, что я такое говорю? Лилия домой не пошла, со мной потянулась невесть куда, тебя разыскивать.
И ведь не просто так разыскивать, от Охотника спасать! — с жаром втолковывал строптивый ученик и вдруг опомнился. — А где он, кстати?
— Мертв.
— Что, так просто? — в голосе Марата послышалось легкое разочарование.
— Просто корове мух гонять, у нее на то хвост приделан, да только ж вся спина искусана. Когда дело сделано, кажется, что просто. Что может быть проще, я — жив, он — мертв. — Леха холодно посмотрел в глаза юнцу.
— Вот только, мне кажется, это был не то, чтобы сам Охотник. Скорее, его гончая. Мерзкая тварь.
— Ну-ну, — чешуйчатый покачал головой. — И все равно, Лилия на все пошла, лишь бы тебя увидеть. И это после того, как ты сказал, что не нуждаешься в ней.
— Я такого не говорил. Я сказал, ей будет лучше дома, — бывший страж устало дернул плечом.
— Да кто ты такой, чтобы решать, как ей будет лучше?! — взвился Марат. — Думаешь, сидеть и ждать, не зная, где любимый человек и что с ним — легче, чем сражаться?! Думаешь, легче понимать, что, быть может, никогда больше не услышишь о нем ничего, ни весточки, ни слова.
Да погибнуть рядом во сто раз легче, чтоб ты знал!
— Я не хочу, чтобы она погибла, — выдавил Леха. — Совсем не хочу.
— А она вот так же не хочет, чтобы погиб ты! А когда ее мужчина, ради которого она жизнью рисковала, сейчас на нее едва глянул, доброго слова не сказал, конечно, девушка обиделась.
— Я, между прочим, тоже жизнью рисковал, — Лешага почувствовал досаду.
— Но это, конечно, не в счет.
— А вот не в счет! Потому что она знает, для тебя врага убить — что воды испить. А ей внимание уделить — разве было так трудно?
— Мне нужно было увязать пленных, это же раздольники, они опасны, — устало попытался объяснить бывший страж.
— А внимание уделить?!
— Что воды испить, — не слушая его, насмешливо протянул Лешага. — Знаешь, что? Пойду-ка я. В следующий раз сам пить будешь.
— Нет, не пойдешь! — упрямо заявил юнец.
