Парень обнаруживается в таком месте, что неудивительно, почему предыдущая команда его не обнаружила.
И, что меня просто выбивает из равновесия, он спит.
Это небольшая щель между кучей коробок с консервами. Их здесь быть не должно — а значит, они сами принесли их сюда, уже тогда, когда остались вдвоем. Принесли, сложили, чтобы еда была под рукой. Тут же стоят двадцатилитровые пластиковые бутыли с водой.
Они могли бы здесь и выжить. Еда, вода, никого вокруг. Лишь два «но» — планетарная ядерная катастрофа, которую мог организовать компьютер у них буквально под попой, и люди, желающие наложить на него лапу.
Плохо они спрятались. Предпочли место, в котором осталось электричество и отопление, забыв о том, что дополнительные линии снабжения здесь не просто так. А потому, что это место на пути к машине Судного дня.
На таких тропах не следует устраивать привалов.
Раз парня обнаруживает мой «шалун», то и бужу его я. Он пролез в щель между ящиками, потом свернул в другую. Если смотреть снаружи, то первая щель кажется пустой.
Но «шалун» просчитал пространство, размеры ящиков, определил, что внутри еще вполне остается место для укрытия.
Я отодвигаю ящик за ящиком. Солдат так и не просыпается. Зачем — служба все равно идет.
Я трогаю его за плечо, внимательно следя за его руками. Вроде бы оружия, кроме того автомата, что я уже отодвинул, при нем нет, но кто знает.
Парень открывает глаза. Вскакивает, судорожно шаря по полу, не находя ничего.
Поднимает руки. В его глазах — обреченность.
Он готов умереть, как умер его приятель два часа назад. Может, и не готов, но именно смерти он сейчас и ожидает.
Мы — не предыдущая группа. Мы не такие кровожадные, а еще мы умнее. Живой носитель значительнее полезней мертвого.
Говорят, что в разоренных городах появились банды, вылавливающие богатеев и разбирающие их на отдельные детали, выкачивая из них кровь, пытаясь выделить из нее остатки бланков, которые можно было бы использовать. И даже вычленить генные модификации, что еще сложнее.
Не знаю, насколько это правда, потому что слишком жестоко. Но поверить можно — достаточно оглядеться вокруг.
Мир погибает, и каждый, кто держится за жизнь, цепляется за нее по-своему.
Наверное, я был бы для них удачным клиентом. Новейшие бланки, высокое качество и немалое количество. И зубы. Я тоже хочу побороться за свою жизнь, поэтому я был бы клиентом не только удачным, но и крайне опасным.
Неизвестно, кто бы из кого выкачал в финале всю кровь.
