Парень выдерживает паузу и, лишь понимая, что в него не собираются стрелять, говорит:
— Заснул, представляете?
Смотрит на часы.
— Они прошли здесь два часа и десять минут назад. Вы же здесь для того, чтобы остановить этих террористов?
— Почему их не остановил ты? — спрашиваю я. Я спокойно отношусь к слабовольным. Но только не в том случае, если они пропускают исчадия ада ближе к кнопке, запускающей Судный день."
"— У них боевые дроны. Четырехногие такие, с пулеметами, на собак смахивают. Где-то человек двадцать боевиков.
Обвешанных оружием и быстрых. Их командира я не видел, но когда он приказывал искать меня, я его слышал. Он сумасшедший, достаточно услышать его голос.
Я отхожу, подпуская к нему Богослова. Шлюз открыт, и надо двигаться дальше. Солдат продолжает говорить, словно не замечая подмены:
— Костик просто не ожидал, что они начнут стрелять. Я тоже не ожидал. Думал, за нами наконец прислали помощь. Я успел спрятаться, и они в конце концов решили, что Костик был здесь один.
Мы же рядовые. У нас ни одного кода доступа, ничего. Мы даже в конце, когда все офицеры умерли, наружу выйти не могли, потому что пулеметы на нас сразу начинали коситься. Сидели здесь и ждали, когда придет помощь.
Тоско задумчиво смотрит на Изолятора. Нет, тот не собирается оставаться здесь, хотя вроде как это его работа — обеспечивать в таких случаях карантин. Изолятор отрицательно мотает головой, говоря Тоско — «даже и не надейтесь». Потом поворачивается и коротко бросает в сторону Богослова:
— Не уходите никуда.
У него своя рация и постоянный выделенный канал на спутнике. Он что-то говорит, общается со своими, но мы не слышим. Возможно, он приказывает уничтожить здесь все после нашей операции? Или убить только нас? Хотелось бы мне послушать, что именно он передает, какую информацию, какие приказы.
Видимо, Богослов воткнул в выжившего иглу, потому что солдат ойкнул.
— Ты ведь нано? Какими бланками пользовался? Перечисляй все. Чем тебя лечили, когда началась эпидемия? Рассказывай подробно, ничего не пропускай…
Без напарника идти дальше мне не хочется.
Но это никогда не касалось моих желаний. Будь так — меня бы вообще здесь не было.
Коридор, лифт, коридор, лифт, коридор, лифт. Ровно три раза.
После каждого лифта — еще один пункт контроля и еще один шлюз. Простенько и со вкусом. В принципе здесь это было оправданно. Зачем мудрить, когда бункер охраняет такое количество солдат.
