На этот раз он собирался везти ее сам, не доверяя джиннам, с которыми непостоянная русалка успела обменяться номерами зудильников. Русалка уже соскучилась по родному заболоченному пруду и гнала волну, прося Поклепа поторопиться."
"Великая Зуби и Медузия озабоченно пересчитывали пятикурсников, пытаясь определиться, все ли собрались. Однако ученики все время переходили с места на место и их получалось то больше, чем нужно, то меньше. Положение осложнялось тем, что было много провожающих. Наконец, потеряв терпение, Медузия применила заклинание, заставив всех на минуту замереть ледяными столбами, которые она хладнокровно и сочла.
Когда же все оттаяли, у многих немедленно начался насморк.
Тарарах обходил Гоярына, в разных местах касаясь его чешуи. Питекантропа беспокоило, в достаточной ли мере дракон пришел в себя после обездвиживающего и одурительного мячей и готов ли он к перелету.
Гробыня лавировала между Гуней и Шейхом Спирей, кокетничая с обоими так отчаянно, что оба были окончательно сбиты с толку.
Все мысли их спутались в морской узел. Зато сама Склепова была довольна. Оба казались ей страшными дураками. Умных мужчин она, впрочем, не переносила, находя их малополезными в хозяйстве и личной жизни. И вообще мысли Склеповой уже занимали Лысая Гора и совместное с Вием телешоу. Ну берегитесь, знаменитые покойники! Гробыня Склепова, девушка-судьба, готова приняться за вас всерьез.
Пипа уже уселась на гимнастическую скамью. На этот раз, вырабатывая характер, она собиралась лететь без страховки.
Озабоченный Бульонов топтался рядом, позванивая цепями.
– Пенелопа, ну можно я тебя кандалами прикую? Ну можно? Высоко ведь! – то и дело спрашивал он.
– Отстань, маньяк! – с хохотом отвечала Пипа.
Зализина на часах с кукушкой и Бейбарсов в ступе умчались в Тибидохс еще утром. Им хотелось побродить по побережью. Поклеп принялся было гнать волну, утверждая, что вразброд только коровы ходят на водопой, но Сарданапал неожиданно поддержал их и позволил улететь, чем ужасно изумил завуча.
Сам академик Сарданапал, крайне довольный, тряс в данный момент руку декану Магфорда. Прощались они гораздо теплее, чем приветствовали друг друга при встрече. Должно быть, оба надеялись, что следующая их встреча состоится лет через двадцать, не раньше, а до того они будут обмениваться лишь поздравительными магограммами.
Ягун, измаявшийся от нетерпения, в пятый раз садился на пылесос и слезал с него, чтобы еще раз все проверить.
