Все же совесть ее была не совсем спокойна. Решать за Бейбарсова и Лизу было несправедливо. С другой стороны, эти двое с такой бесцеремонной настойчивостью лезли в ее судьбу, что она просто защищалась. Да и так ли плохо все устроилось? О дальнейшей судьбе этой парочки позаботится локон Афродиты.
Взяв пораженного Валялкина за рукав, Таня повела его за собой. Ванька что-то бормотал, недоуменно оглядываясь на Бейбарсова и Зализину, которые вновь забыли об их присутствии. У Тани, однако, не было сейчас никакого желания что-либо объяснять.
Еще успеется. Так или иначе, а магию локона она задействовала. Условие соблюдено, а ее собственная возможность любить и быть любимой не перечеркнута. Правда, теперь придется обойтись без любовной магии, но это даже и к лучшему.
Естественная любовь и натуральные продукты всегда лучше суррогатов.
– Ну вот! – сказала Таня, улыбаясь Ваньке. – Теперь у вас есть шанс, господин Валялкин! Сдается мне, все у нас будет хорошо, если ты не станешь… если мы оба научимся доверять друг другу и не создавать проблем там, где их нет.
Ванька попытался что-то сказать, но она зажала его рот ладонью. Не хватало еще сейчас поссориться. Меньше скажешь – меньше наломаешь дров. Все беды этого мира именно от слов.
– Кстати, сегодня ночью по дороге к Сарданапалу я догадалась, кто подарил мне то платье на выпускной. Ты. Только ты мог чувствовать меня так хорошо. Ты выбрал его и прислал, потратив все свои деньги, а потом вдруг понял, что две картинки – какой ты представлял меня и той, что я стала, – не накладываются.
Ты все равно больше любил меня в джинсах и свитере, то есть такой, какая я есть. Так это был ты? Я не ошиблась?
Ванька улыбнулся. Таня поняла, что не ошиблась, и благодарно прижалась к его плечу лбом. Ну и вымахал же он за последний год. Не Бульонов, конечно, но тоже в транспорте не потеряется.
– Доверять друг другу и не создавать проблем! До-ве-рять! – повторила Таня. – Это пока удается тебе хуже, чем жертвовать собой.
Но я очень надеюсь, что ты научишься.
Пуппер умиленно наблюдал за ними. Потом подошел и молча соединил их руки. В глазах у него блестели слезы. Прежде чем Таня и Ванька успели что-то сказать, Гурий быстро повернулся и, спотыкаясь, убежал.
* * *На следующий вечер драконбольное поле вновь наполнилось людьми. Провожали русских магов, которые вот-вот должны были улететь в Тибидохс.
Поклеп Поклепыч сосредоточенно заколачивал Милюлю в бочку.
