Сумка Ваньки подпрыгнула у него на бедре. Из узкой горловины повалил едкий дым.
– Ну вот, опять Тангро бушует! Ладно, пошли в башню! Может, хоть там он успокоится! – сказал Валялкин.
– Весь народ слетелся? Что вы на стене делали? – спросила Таня по дороге. Она хотела отвлечься и забыть историю о замурованных эйдосах.
Ягун хмыкнул."
"– Развлекались. Склепова показывала, как летать на бутылке с шампанским. Круто получается. Реактивная струя – лечу куда смотрю, падаю куда придется. Бейбарсов с Бульоновым подушками дрались.
Клоппик Горьянова в ров сбросил. Ров не пострадал, – сообщил он.
* * *Четверть часа спустя они уже бродили в извилистых переходах Башни Привидений, где навстречу им порой проплывали нечетких очертаний облака. Не то люди, не то тени, не то заблудившиеся воспоминания. Нередко в узких коридорах с ними было не разминуться, и приходилось проходить их насквозь. Неприятное ощущение – точно входишь с холода в душную кухню, где висит чад и пригорело постное масло. Это были привидения, не обладавшие достаточной внутренней силой и утратившие сущность.
– Ягун! И где эти твои души? – то и дело спрашивал Ванька.
– Откуда я знаю? Бабуся очень туманно описала мне место, – сердито отвечал Ягун.
Башня Привидений никогда не считалась в Тибидохсе местом приятным. Ее извилистые коридоры, сырые проплешины площадок и жуткие завывающие фигуры, отрывавшиеся от покрытых белой плесенью стен, навевали тоску даже на привычного человека.
Покидать башню, обладавшую особым удерживающим полем, могли только призраки вполне сложившиеся, с определенной сущностью, такие, как Недолеченная Дама, поручик Ржевский, Безглазый Ужас или оркестр привидений.
Остальные призраки – с распадавшейся сущностью, со слабым осознанием границ своего «я» или полоумные – никогда не покидали стен магической башни, которая в равной мере защищала как их самих от внешнего мира, так и внешний мир от них.
Вздумай кто-либо составить карту Башни Привидений (а в Тибидохсе никого почему-то не тянуло заниматься такими скучными вещами), стало бы ясно, что внутри башня похожа на улитку, спиральный панцирь которой пересекают с десяток сходящихся галерей.
Чем ближе к центру, тем сильнее магия камней и тем более опасные призраки скитаются по мрачным проходам между стенами.
Мало-помалу Ягун, Таня и Ванька забрели в центральную часть башни. Здесь было мрачно и тихо. Лучи света из перстней выхватывали мокрые стены, на которых плесень выводила зловещие руны.
