Они с треском врезались в нее, и машина едва не остановилась. Двигатель кашлял и чихал, и Д'Агоста боялся, что пикапу придет конец. Но все-таки они выбрались из ограды. На узкой дороге Д'Агоста увидел еще одну ограду, а за ней тянулись болота, окружавшие пруд.
Последние две недели погода была очень холодной. Д'Агосте предстояло выяснить, насколько холодной.
Он ехал по дороге, пока не заметил дыру в ограде, въехал в нее и притормозил, увидев окружавший болота сосновый лес. Он все еще слышал отдаленный вой сирен.
Если он и обогнал преследователей, срезав путь, то совсем ненамного."
"Низкорослые сосны постепенно уступили место болотной траве и песочным отмелям. Впереди Д'Агоста видел мертвые стебли рогоза и желтой травы. В сером дневном свете пруд почти не был виден.
– Винсент, – спокойно сказал Пендергаст. – Ты знаешь, что подо льдом вода?
– Знаю.
Пикап выехал на замерзший край болота, из-под колес посыпались осколки льда, они летели с обеих сторон машины, словно шлейф. Спидометр показывал тридцать миль, потом тридцать пять, сорок.
Для того чтобы осуществить задуманное, Д'Агосте нужно было выжать скорость, на какую только способна была машина.
Рогоз последний раз шлепнул по бамперу, и пикап выехал на лед.
Пендергаст схватился за ручку двери, кофе был забыт.
– Винсент?..
Автомобиль быстро шел по льду, лед трещал громко и часто, точно пулемет. В зеркало заднего вида Д'Агоста видел, что лед трескается и ломается, некоторые куски уже плавали, и их лизала темная вода. Пулеметный треск превратился в пушечный гром.
– Теперь они не смогут нас преследовать, – сказал Д'Агоста сквозь зубы.
Пендергаст не ответил.
Постепенно приближался берег с большими домами. Казалось, машина плывет, словно амфибия, под непрекращающийся треск льда.
Д'Агоста почувствовал, что теряет управление. Он прибавил еще немного газа, стараясь при этом медленно давить на педаль. Двигатель взревел, колеса бешено завращались, треск усилился.
Двести ярдов. Еще наддал, колеса закрутились быстрее.
Давление колес на скользкую поверхность неуклонно возрастало. Автомобиль дернулся, подпрыгнул, замедлил ход и начал заваливаться набок. Лед летел во всех направлениях.
Нет времени для полумер. Д'Агоста нажал педаль до самого пола. Двигатель застонал, скорость увеличилась, но недостаточно для того, чтобы опередить ужасный разлом льда.
Сто ярдов.
Двигатель шумел, как турбина, а машина по-прежнему заваливалась набок и двигалась исключительно по инерции.
