Так получилось, и все тут…
Еще до войны «Сибиряков», как порой принято выражаться, золотыми буквами вписал свое имя в историю арктического мореплавания – он первым прошел Севморпутем, причем в одну навигацию и последний отрезок пути – под парусами! Потерял оба винта, пробиваясь сквозь льды, вследствие чего на мачтах поставили самодельные паруса, сшитые из брезента.
А до этого, в 1921 году, несколько раз ходил через льды из Архангельска в сибирские порты – в Поволжье свирепствовал голод, и сибирское зерно требовалось позарез.
В этих рейсах «Сибиряков» водил на буксире четырехмачтовый парусник, тоже грузившийся зерном.
Словом, прямо-таки легендарный корабль. Правда, капитан сейчас был другой: молодой абхазец Анатолий Алексеевич Качарава. С началом войны «Сибиряков», как и многие другие «штатские» суда, был включен в состав советского Военно-морского флота (еще именовавшегося тогда РККФ – Рабоче-крестьянский Красный флот). Качараве присвоили звание старшего лейтенанта, на «Сибирякове» установили два 75-миллиметровых и два 45-миллиметровых орудия и две зенитные установки, прислали артиллеристов и зенитчиков.
Именно благодаря этим установкам, счетверенным пулеметам «максим», «Сибиряков» в Белом море отбился от налетевших немецких бомбардировщиков – и один сбил. Занимался военными перевозками: продукты, боеприпасы, солдаты. Получил репутацию корабля, который «всегда проскочит», – несколько раз выходил целым и невредимым из весьма рискованных операций там, где другие суда оказывались «покалеченными» и возвращались в порты отправки.
А вот теперь не проскочил…
Корабли сблизились. «Шеер» шел без флага – и Качарава, распорядившись сообщить по радио в Диксон о встрече, запросил название и национальную принадлежность. С линкора просемафорили: «Тускалуза». На корме «Шеера» поднялся звездно-полосатый флаг. Вслед за тем «американец» запросил сведения о ледовой обстановке в проливе Вилькицкого.
На «Сибирякове» в этот маскарад не поверили – американскому военному кораблю здесь, на середине Севморпути, делать было совершенно нечего.
А если бы он каким-то чудом тут и оказался, всех, в том числе и капитанов, обязательно предупредили бы заранее.
Из Диксона пришла радиограмма: «В данном районе никаких американских судов быть не может. Корабль считать противником, действовать согласно боевой инструкции».
Сначала «Сибиряков» попытался уйти, изменил курс и ушел в сторону – был шанс укрыться меж близлежащими небольшими островами.
