Он успел лишь пару раз налечь на рычаг, как расступились мокрые кусты, белая фигура, точно бегущая по волнам, метнулась к нему. Раздался нежный голосок:
— Товарищ, товарищ, спасите… ах! Андрей! — и Лида, простоволосая, в распахнутом плаще, бросилась к нему в объятия.
Андрюха, чуждый любой литературе, однажды со скуки схватился за одну книжку в голубой обложке, с парусником и словами «Бегущая по волнам», открыл ее — и с тех пор никакой другой книжки не перечитывал так часто, тайком, прячась от Яшки и вообще от всех.
Так вся эта история его потрясла, поразила, и так было до слез жалко, что никакой подобной красотищи с ним случиться не может.
И нате, пожалуйста! Это ли не чудо? Или вся эта обстановка подействовала, вот эти кусты и деревья, шумящие от непогоды, как волны морские, то ли неожиданное появление любимой, казалось, навек утраченной, то ли ослепительные (для неискушенного Пельменя) видения распущенной белой косы, заплаканных синих глаз и распахнутой блузки на груди — ошеломленному парню вообще показалось, что она голая.
А скорее то, что Лидка не просто бросилась на шею, но впилась в губы таким холодным и притом обжигающим поцелуем, что все нутро взорвалось и растеклось горячей лавой, как вулкан, в котором плавились и сгорали все посторонние, до Лидки не касающиеся мысли.
Когда до конца назначенного Акимовым получаса осталось несколько минут, он, попросив позволения командования, вышел — и столкнулся в коридоре с Пельменем. Промокший насквозь, растрепанный, он с видом тихого идиота встал, вперив в лейтенанта пустой, расфокусированный взгляд, и зачем-то сказал:
— Я пришел.
Сергей чуть не выругался в том смысле, на кой он вообще тут сдался, но лицо Андрюхи сияло таким неземным светом, что лейтенант как-то не посмел, а просто спросил: и что с того?"
"— А я не знаю, — признался блаженный Пельмень, — Колька сказал прийти — я и пришел.
— Ты никого не должен был привести? — уточнил Акимов.
— Я и вел, — объяснил этот ненормальный, — но он куда-то делся.
— Хмара сбежал? — Оказалось, что Бурунов уже тут как тут, переминается с ноги на ногу, чуть не взлаивая, но воспитанно храня полное молчание.
— Ага, — подтвердил Андрей, — а что?
— Сергей Палыч, мы пойдем, можно? — спросил Таранец, который тоже материализовался, прислушиваясь к разговорам.
И лейтенант, потеряв терпение, потребовал:
— Очистите помещение! Все вон, — и присовокупил, что, мол, разберутся сами. Нет времени разбираться с детскими играми.
