Значит, приближенного звали Степан. Юля посмотрела на него. Тот сдержанно кивнул, обошел машину и открыл переднюю пассажирскую дверь. Прежде чем сесть, немного замедлился, посмотрев на Юлю через машину.
И лишь потом скрылся в полумраке салона.
Одним хищником меньше. Уже хорошо.
Хотя нет… Ничего хорошего.
Главный-то остался.
Тарисов «отклеился» от машины и сделал пару шагов по направлению к Юле. Та усилием воли заставила себя остаться на месте.
– Не спится?
– Как и вам, – грубовато бросила она, стараясь говорить тише.
Не исключено, что соседи уже пооткрывали окна и теперь старательно пытаются узнать, что происходит. Мало того, что ребенок растет без отца, всё покрыто тайной и мраком, так ещё теперь по ночам машины бизнес-класса наведываться стали. Интересно же…
Даже Юле было бы интересно.
– Пойдем, прогуляемся.
Когда Юля выходила из дома, то не знала, как себя поведет, о чем будет говорить с Тарисовым. Она хотела, чтобы он уехал. И не подумала, что раз человек приехал, значит, не просто так.
Не от нечего делать. Тем более, такой, как Тарисов.
Юле внезапно стало холодно, и она плотнее закуталась в кофту, мимолетом отметив, что на мужчине по-прежнему была только темно-синяя рубашка. Ни пиджака, ни джемпера он не надел. Какова вероятность того, что он простынет ещё довольно теплыми ночами? У них на юге долго вечера теплые. В средней полосе уже снежок падает, и по утрам мороз, а у них молодежь в кофтах вечерами тусуется.
Юля не помнила, чтобы кому-то откровенно желала зла, а сейчас на неё прямо накатывало, и разыгравшееся воображение рисовало температурящего Тарисова.
Но тут же подкидывало и другие картины – десятки врачей, суетящиеся вокруг него.
– Нет. Лучше если вы…
– Пошли, Юля, – он снова её не дослушал. На этот раз сразу перешёл к давящему тону. Человек явно не привык, чтобы с ним не то что не соглашались – спорили.
– Я далеко с вами не пойду, – Юля обернулась, чтобы удостовериться, что в доме не зажглись огни.
– Сергей не проснется ближайшие три-четыре часа.
Стоило услышать эти слова, как ледяная волна коснулась позвоночника Юли, и сразу же стало в несколько раз холоднее.
– Всё успели узнать, да? – она снова не сдержала яда.
От мысли, что посторонние люди собирали информацию про неё, про её семью, хотелось ругаться матом, долго и громко. А в продолжение развернуться и ударить стоящего рядом человека по лицу. Так сильно, чтобы ладонь потом горела.
Желания желаниями, но надо понимать и действительность.
