– Ох, светлая ты моя, кто думал, что тебя ждет такая судьба!
– Такая высокая судьба! – поправила мать. – И держи ее крепко, эту судьбу, Рокшанек, не выпусти из рук!"
"Роксана покорно давала надеть на себя богатый наряд, золотой венец, драгоценные ожерелья… Даже кольца ей надела кормилица. Она была ошеломлена так внезапно изменившимся течением жизни. Она не знала: счастлива ли? Несчастна ли? Скорее она была испугана, но знала, что изменить ничего нельзя. И если бы ее, как жертвенную овцу, повели сейчас на заклание, она покорно пошла бы и позволила бы принести себя в жертву.
Перед тем как выйти на свадебное пиршество, Гефестион задержал Александра:
– Ты действительно любишь ее, Александр?
– Я люблю только ее.
– Ты все обдумал?
– Я все обдумал, Гефестион. Кроме того, что я люблю ее – а я ее действительно люблю, – это еще поможет объединить наши народы. Я так задумал, и ты это знаешь. Если сам царь может жениться не на эллинке, то почему не могут сделать этого люди, подчиненные царю?.. Я вас всех заставлю жениться на здешних женщинах – и первого тебя!
Гефестион вздохнул, улыбнулся:
– Я не сомневаюсь, Александр, что ты можешь это сделать! Но если это нужно для твоих замыслов, я женюсь на той, на которой ты прикажешь.
Я готов вытерпеть этот обряд…
Свадебный обряд был несложен: мечом разрезали каравай хлеба и дали отведать жениху и невесте. Это был старый македонский обряд – так женились все македонские цари. Азиатская девушка Рокшанек стала женой македонского царя.
Это была самая счастливая весна в его жизни.
Все было иначе, чем всегда, кругом ликовал праздник – таяли снега, весело шумели горные потоки, не уставая пели птицы. Политимет, торжествуя, разливалась в долине…
Однако прошли первые дни самозабвенного счастья, и покой снова был утрачен. На Согдийской Скале у Александра уже не было врагов, здесь был дом его жены, его новый родственник Оксиарт совсем забыл свои намерения защищать от чужеземцев родную страну.
Но еще сидел на своей Скале сильный Хориен, и с ним другие знатные люди Согдианы и Бактрии.
И не хотел сложить оружия отважный Катен, вождь паретаков.
Александр снова надел доспехи.
Скала Хориена была еще более неприступной, чем Согдийская. Отвесные склоны ее падали в глубокую пропасть. Наверх вела узкая тропа, по которой можно было идти только друг за другом, поодиночке.
Но для Александра не существовало неприступных мест. Пропасть? Ее можно засыпать. Отвесные скалы? На них можно подняться по лестницам.
