— Испортить вам настроение, что ли? — почти с мечтательной интонацией поинтересовался вслух Егор, подойдя к воришкам вплотную. Парни сразу все поняли и бочком-бочком, словно крабы, куда-то шмыгнули. Якушев не пытался их преследовать и задерживать, чему и сам даже удивился.
Егору было легко и хорошо, и он не хотел портить настроение в эту удивительную ночь никому — даже автомобильным ворам…
…Якушев уже почти засыпал на диванчике в своем кабинете, когда его вдруг кольнула неприятная мысль: а вдруг Зое утром станет неловко и она даст понять, что ничего не было? Сон мигом слетел с Егора, и он долго ворочался, пока не убедил сам себя, что не будет так поступать Николенко.
Ну и в самом деле — не в дрова же упились, а потом перепихнулись в суматохе… Наконец он уснул и, конечно же, увидел во сне Зою Николаевну. Однако содержание сна было вовсе даже и не эротическим. Точнее — не только эротическим. То есть декольтированная грудь помощника прокурора в сновидении, конечно, присутствовала, и Егор даже тянулся к ней руками и губами, но вот сама Николенко… Нет, она не сопротивлялась, не отталкивала Егора… Она просто смотрела на него с невыразимой печалью в глазах, гладила по голове и очень горько повторяла:
— Мальчик… ты хороший мальчик… бедный ты мой мальчик…
Она говорила и еще что-то, но, когда под утро Якушев проснулся, часть сна он уже вспомнить не смог.
В памяти остались лишь печальные глаза Зои Николаевны и несколько ее странных фраз.
И еще осталось «послевкусие» от сна — какое-то щемящее, пронзительно-грустное и тревожное ощущение…
До обеда Егор откровенно промаялся, не находя себе ни места, ни занятия, которое позволило бы отвлечься от любовного томления, а ровно в час дня он позвонил Николенко по служебному телефону:
— Здравствуйте… Это Якушев. Из угрозыска.
— Здравствуйте! — Зоя ответила также на «вы», но игриво, интонационно сразу дав понять, что она все помнит про вчерашний вечер и не собирается «дезавуировать» подаренный парню поцелуй.
У Егора отлегло от сердца, хотя оно и заколотилось с удвоенной частотой. Он несколько раз вдохнул и выдохнул, а потом предложил:
— А на 7-й линии кафешка есть уютная… Там хорошее кофе дают…
Николенко рассмеялась и без лишних разговоров предложила встретиться в этой замечательной кафешке в семь вечера. До самой встречи Якушев словно на крыльях летал.
