Ты хорошо понимаешь, что ваши терпилы в большинстве своем опознать никого не могут. Так?
— Им видней.
Воронок не обратил на реплику никакого внимания:
— Но это в большинстве своем. А в меньшинстве? Я тут посидел, собрал все ваши эпизоды… Дело кропотливое, но не особо мудреное. Всегда трое нападавших, все терпилы шли от автостоянок, все на первом этаже около лифта получали в голову, все лишились ценностей, а некоторые — еще и автомашин. И еще кутулей с сыром и микояновской колбаской — почти все до нападения затаривались в дорогих универсамах.
— И что тут необычного?
Лавренев еще не занервничал, но уже чуть напрягся. Воронок успокаивающе кивнул ему:
— Согласен! Все обычно. Даже то, что в голову били профессионально. Но… Терпилы — люди состоятельные, большинство стали свои связи поднимать-подключать, на начальство наше выходить, мол, — караул, грабють! Они-то, дурилки, не понимают, что искать, ежели что, не начальство будет, а мы. Но раз уж мы кой-кого нашли, то с некоторыми можем и договориться, чтобы вас опознали.
Ну, конечно, это незаконно. Но ведь мы с тобой, Толик, в оперчасти — здесь все незаконно. И как ты думаешь, найду я общий язык с тремя-четырьмя фраерами, чтобы вас в харю опознали?
(Воронцов врал красиво. На самом деле он не знал практически ничего, за исключением одного эпизода, о котором получил информацию случайно, когда разглядывал вещи задержанного. Так и то — догадка пришла ему в голову только потому, что Воронок сам выезжал на одно место происшествия и запомнил фамилию терпилы… Такое случается — не очень часто, но случается…)
Лаврентий недобро зыркнул исподлобья:"
"— С вас станется… И что, этого достаточно будет?
— А смотря для чего… Для того, чтобы закрыть вас на десять суток, — достаточно.
Толик усмехнулся, а Воронок понимающе кивнул:
— Ну, конечно! Для вас десять суток — это как с похмелья помучиться! Стало быть, не будем на этом и останавливаться, а сразу перейдем к части второй, и очень любопытной: вещдоки!
Лавренев напрягся уже заметнее, но еще пытался держать ироничный тон:
— Начальник, как излагаешь! Разрешите ыще сигаретку и сесть поудобнее?
— Изволь.
Опер дал задержанному сигарету, закурил и сам:
— Итак, вещдоки. Бита бейсбольная под номером 62, фирменная. Что скажешь?
Толик равнодушно пожал плечами:
— Спортинвентарь. В любом магазине.
— Согласен, — радостно закивал Воронок. — Но! Именно такая биточка ушла из машины потерпевшего Грунькина и, заметьте, вместе с его «Мерседесом-500», цвета металлик.
