"
"Мякиш двинулся знакомым маршрутом в обратном направлении, внимательно разглядывая не только их собственные следы, но и все подозрительные примятости на траве. Метров через двести он остановился у овражка, поперёк которого лежал большой ствол упавшего дерева. Оценив, какой удобный мостик уводит в сторону от проторённой тропы, разведчик осмотрел бревно. Беглое обследование показало, что кто-то недавно прошёл по нему, оставив неясные отпечатки на тонкой поросли зелёного мха.
Быстро поднявшись на все ещё крепкий ствол, Мякиш проделал тот же путь, потом продрался через кусты, отметив свежую сломанную ветку и ободранный мох на стоящем рядом дереве, и очутился у начала просеки.
Сперва ему показалось, что перед ним старая вырубка под линии электропередач, однако даже с того места, где он стоял, было видно, что просека метров через триста заканчивается.
Филина нигде не было, но прямо под бревном на мягкой земле отпечатались свежие следы от ботинок, а чуть дальше отчётливо просматривалась полоска примятой травы.
Мякиш ещё немного постоял неподвижно, стараясь унять такое опасное сейчас чувство облегчения, ещё раз окинул взглядом окрестности и спрыгнул с бревна.
Земля под ногами оказалась неожиданно твёрдой, словно утрамбованной сотнями ног. Как сквозь неё прорастала достаточно густая трава, оставалось непонятным. Идти стало гораздо легче, а на примятой траве теперь уже проступали даже отдельные следы беглеца.
Тем не менее сам Филин в поле зрения пока не появился.
Оглядываясь по сторонам, Мякиш пытался понять, откуда взялась просека в лесу. Больше всего это походило на работу безумной бригады дорожных строителей, которые неизвестно зачем забрались в чащу, аккуратно вырубили деревья, тщательно утрамбовали катком землю, посадили траву и скрылись неизвестно куда, прихватив с собой огромные бревна.
Неожиданно в памяти всплыли предыдущие разговоры с Филином и Кротом о красивых полянах, на которых так и тянет устроить привал.
В большинстве случаев устройство в таком месте лагеря автоматически превращалось в организацию собственного кладбища. Мякишу стало не по себе, и он замедлил шаг.
В глаза бросилось нечто странное: справа от него трава была примята примерно тем же образом, что и перед ним. Словно Филин прошёл здесь два раза. Вскоре ещё две примятые дорожки обнаружились и слева.
