Пирс прижимал ее к груди крепко, по-хозяйски, когда они въехали в рощу. Его присутствие за спиной она ощущала как силу, как тепло, как безопасность.
И пахло от него сном. Таким сном, после которого женщины просыпаются, задыхаясь, с влагой, накопившейся между бедер. Ах, этот аромат – леса, пряностей, абсолютной мужественности!
Она закрыла глаза и, прижавшись щекой к жилету, вдохнула его запах.
Он притормозил коня и направил его на укромную, залитую солнцем поляну.
Тут они остановились.
Пирс спешился, затем взял ее за талию и спустил на землю.
– Почему мы остановились?
– Мне нужно своими глазами убедиться, что с тобой все в порядке и ты не ранена. Я не смогу сделать это, когда мы вернемся в поместье.
Пирс усадил ее на пенек. Для начала сам избавился от камзола и перчаток, повесив их на ближайшую ветку. Потом быстро и деловито расстегнул на ней жакет от верхового костюма и спустил рукава с плеч. Шарлотта вздрогнула и обхватила себя руками. Тонкая белая нижняя рубашка, промокшая от речной воды, местами прилипла к телу и стала полупрозрачной.
Даже если Пирс заметил это, задерживаться на ней взглядом не стал. Разложив ее жакет на траве под солнечными лучами, он опустился на одно колено перед Шарлоттой. Взял ее правую ногу и положил себе на колено. Помучившись с узлами на шнурках, вытащил кинжал из-за голенища и разрезал шнуровку до середины. Потом стянул с нее ботинок и, отставив его в сторону, занялся подвязками. Отстегнул один чулок, мокрый, прилипший к телу, и спустил его вниз по ноге.
Затем ощупал лодыжку и поднялся вверх до бедра. Это были не ласки, а попытка убедиться, что все в порядке. Пальцы на ноге шевелились, лодыжка двигалась в разные стороны. Пирс обрадовался, что Шарлотта не вскрикивала от боли, когда он нажимал то тут, то там, или здесь… потом в другом месте.
Бережно поставив ее ногу на траву, он взял другую и повторил ту же самую процедуру.
Сидя на пеньке, Шарлотта наблюдала за ним. Послеобеденное солнце высушило ей волосы, она снова ожила и больше не казалась себе морским чудищем.
Когда рука Пирса двинулась вверх по ее ноге от лодыжки к бедру, Шарлотта прикусила губу.
– Что, больно? – Его взгляд помрачнел.
– Нет. Просто я удивилась.
Она посмотрела, как аккуратно он поставил ее ботинки на землю, бок о бок, один рядом с другим, и даже тщательно сложил чулки. Абсолютный порядок во всем. Это так похоже на Пирса! То, что раздражало ее еще неделю назад, сейчас предстало совершенно в другом свете. Это подкупало.
