– Ну ты молодец! – возопила Салли.
В это время Мэри изо всех сил заскреблась в стену, а снизу послышался скрип двери. Мисс Коттон, на нашу беду, была не глухой и стук падающих орехов услышала.
Мы заметались. Задули свечу, схватили что удалось из остатков еды и кинулись врассыпную по своим кроватям. Салли юркнула в кровать, подмяв под себя недоеденные куски торта и изрядное количество конфет. Мэри в последний момент удалось улизнуть от мисс Коттон.
Наша комната, первая на пути мисс Коттон, была к ее появлению в полном порядке, разве что лица «спящих» девочек выглядели весьма подозрительно.
При виде наставницы мы едва сдерживались от хохота, без всегдашнего чепца она показалась нам ужасно смешной. Впрочем, одна из нас все же не выдержала и хрюкнула.
– Что это еще за неподобающий звук? – мигом насторожилась мисс Коттон.
Мы ответили ей дружным храпом. Она, пожав плечами, прошествовала дальше. Во второй комнате все тоже с успехом изображали спящих. Она прошла в третью, где находилась Салли.
Мы, разом сев на кроватях, уставились на дверной проем, с дрожью следя за дальнейшим развитием событий.
– Салли, немедленно объясни, что все это значит? – потребовала мисс Коттон.
Наша подруга в ответ исторгла тяжкий вздох и, словно спросонья, пробормотала:
– Мамочка, забери скорее меня домой. Я голодаю у мисс Коттон.
– Боже правый, – испуганно охнула наша наставница, сослепу не заметив валявшихся орехов. – Кажется, у ребенка начинается жар.
Салли нужно было остановиться, может, мисс Коттон пощупала бы ей лоб, поняла, что жара нет, и с облегчением удалилась бы.
Но наша подруга вошла в роль и не собиралась останавливаться.
– Тут так скучно, – будто в бреду, продолжала она. – Забери же меня, забери отсюда скорее.
Она разметала руки. Покрывало с нее слетело. Мисс Коттон сумела разглядеть и подушечку для иголок, приколотую к ночной рубашке, и ботинки на ногах, и ярко-оранжевый апельсин, выглянувший из-под подушки. Мисс Коттон решительно сдернула с девочки одеяло, и тогда ее близорукому взору открылись фантики от конфет, яблочные огрызки, кусочки торта и прожженная в одеяле дыра от свечи.
Наша наставница взвизгнула от потрясения. Салли, открыв глаза, зашлась от хохота. Мы не выдержали и тоже расхохотались, да так заразительно, что, кажется, даже стены на втором этаже затряслись. Только после того как Салли подавилась орехом, который все время держала во рту, мы разом смолкли, потому что испугались за нее.
