По словам одних, злодеи помечали крестами жилища, а потом в них вламывались. Другие рассказывали, что в банде якобы есть мальчик и что он способен пролезть в самое крошечное окно, потому что щуплый и маленький. В одном доме грабители вроде бы поужинали и бросили на крыльце окорок и торт недоеденными. Некая миссис Джонс нашла как-то утром у себя в саду шаль миссис Смит, а рядом с ней – неизвестно чьи молоток и чайник. А какой-то мужчина проснулся посреди ночи от громкого стука, услышал крик «Есть кто тут?», а когда подошел к окну, то увидел только две убегающие фигуры.
Мы жили в пустынном месте близ городской черты, слухи взбудоражили нас и усилили страхи. Дом у нас был старинный, с восемью выходами на улицу и множеством маленьких окон, часть которых выходила на задний двор. Очень удобное обстоятельство для грабителей. Подвергнись мы нападению, кто стал бы нас защищать? Дети, кроме меня и Джека, были чересчур маленькие, мама и тетя – ужасно робкими. И мы с Джеком, которому только что стукнуло тринадцать, дали клятву, если к нам явятся негодяи, сражаться до последней капли крови.
– Вот это правильно! – выкрикнул Том. – Грабители-то пришли?
– Послушай, что было дальше. Однажды к нам явился какой-то жалкий, болезненного вида субъект, – с таинственным видом продолжила бабушка, – и попросил еды. Я видела, как он жадно шарит глазами вокруг. От его внимательного взгляда не укрылось ни столовое серебро, ни дверные замки. Я следила за ним, как кошка за мышкой, и ни на мгновение не упускала из вида, пока он от нас не убрался.
«Ясное дело, наводчик. Пришел изучать обстановку», – сказала я после его ухода домашним.
Мы были уверены, что вскоре пожалуют незваные гости, и подготовились к нападению, как умели. Мама обзавелась сторожевой трещоткой и положила ее себе под подушку. Тетя держала возле кровати большой колокольчик. Нашего маленького терьера по кличке Тип оставляли на ночь в спальне младших детей. Джек зарядил пистолет, а я вооружилась топориком.
Служанка Бигги хорошенько натренировалась быстро вылезать из окна спальни на крышу сарая, чтобы оттуда спрыгивать на землю и нестись во весь дух за подмогой. Ко сну мы теперь отходили, как жители осажденного города, захватывая с собой столовое серебро, деньги и прочие ценности и баррикадируя двери.
Прошла неделя. У нас так никто и не появился. Других-то в округе по-прежнему грабили, а нам даже не представилось случая проявить смелость.
