– Эту малолетку опять вызову, куплю ей вина, конфет, дам полсотни, – все, что прикажу, сделает… И так, и эдак… Будет уже стараться, отрабатывать… Еще и подружку приведет, втроем – оно даже веселей…»
Они вышли к большому полуразрушенному дому, который, казалось, сам когда-то вырос из земли и постепенно развалился от старости. Гришин понял, что это и есть логово бандитов. Он незаметно повел глазами по кустам, деревьям. Есть ли рядом кто из своих? Теперь ему не казались излишними предосторожности подполковника Афанасьева.
В этом глухом углу он был практически беззащитен.
– Давай, гостюшка дорогой, проходи в наши хоромы, – ласково зазывал его Клоп, выглядывая из глубины дома. – Тут и поговорим…
Гришин оглянулся на лес – видят ли его? – поднялся по остаткам ступеней на порог, шагнул внутрь. За ним неотступно следовал рябой костолом, что было очень неприятно. Казалось, он вот-вот накинется сзади или ударит по затылку куском кирпича, что валялись на полу. Хотя ему и кирпич не нужен, у него кулаки как гири, быка убить можно.
С другой стороны, если бы хотели просто убить, могли бы сделать это в лесу. А раз привели сюда, то, значит, действительно «для разговора»."
"Пройдя несколько комнат, Клоп открыл единственную во всем здании дверь и ввел Гришина в большой «бальный» покой, приспособленный под жилое помещение. Гришин обвел глазами дощатые нары вдоль стен, окна, грубо заделанные деревянным ломом, костер прямо на полу и понял, что дальше идти некуда. За столом сидели трое человек, играли в карты.
Морпех плотно закрыл дверь, положил тяжелую руку Гришину на плечо, давай, мол, проходи, раз пришел, легонько подтолкнул. Люди за столом отложили карты, недобро глянули на вошедших.
– Кого это ты к нам привел, Клоп? – спросил густым басом один из них, пожилой человек с густой седой шевелюрой.
«А вот и Седой», – понял Гришин, медленно подходя к столу.
– Так снова гости к нам из газеты, – сладко просюсюкал Клоп, бочком подбираясь к Седому, точно как льстивая собачонка к хозяину.
– Из какой газеты, дурак? – подымаясь, сказал Седой. – Это ж мент.
Гришин хладнокровно улыбнулся, хотя Морпех уже грозно надвинулся на него, сдавливая плечо ручищей. Еще два здоровенных, страшного вида молодца выскочили из-за стола, подобрались вплотную.
– Вы ошибаетесь, – сказал Гришин спокойно, не делая попыток вырваться. Он уже понял, что люди Афанасьева, которых по его же просьбе в лесу было слишком мало, потеряли его из виду.
