Не ожидал?
Не ожидал! Честно, не ожидал! Апостола Петра ожидал, но не этого!
— Что молчишь? Что не благодаришь за спасение? Мы тебя, можно сказать, с того света на этот…
— Спасибо. Мне и на том неплохо было бы.
— А что так?
— Компания не нравится.
— На тот ещё успеется. Ты мне пока на этом нужен!
— Доктор, оставьте нас.
Ушёл доктор. Повернулся «кругом!» и вышел. Весь.
— Что не радостный, герой? Смотри, как устроился. Палата персональная, со всеми удобствами.
Ну да, палата. Только зачем на окнах решётки в два пальца толщиной и дверь железная? А вместо сестричек милосердия одни братья с оттопыренными подмышками.
Привстать, осмотреться повнимательнее… Ага… И ещё пациента к кровати привязали! Спеленали лентами по ручкам-ножкам как психического больного.
— А это зачем?
— По медицинским показаниям. Тут, говорят, ты пытался трубки из себя выдёргивать. Вот и пришлось. Ну что, поговорим?
— О чём? Об операции вы всё знаете.
— А мы до операции.
И вне операции. Мы по душам. — И вдруг наклонился резко, к самому лицу и прошептал хрипло: — Ребят моих помнишь? Тех, что ты лопатой нашинковал?! А у них, между прочим, жены, дети!
Ах вот в чем дело! Дождался минуты торжества. А может, не так всё печально?
— Вы доложили Верховному о моей ситуации?
— Конечно, доложили. Доложили, что агент погиб при выполнении служебного задания. Геройски погиб. И даже предложили представить тебя к награде. Посмертно.
Вот теперь всё окончательно понятно.
— Что вы хотите?
— Понять, кто ты такой, откуда, зачем? Что это за организация такая, про которую ты так красиво рассказываешь? Узнать о друзьях твоих приятелях, которые то ли есть, то ли их нет. Обо всём."
"Ну вот и приплыли… Это именно тот случай, когда из огня да в полымя! Лучше было под теми, под первыми, богу душу отдать. И даже вторые были приличнее. А этот… С этим в кошки-мышки не поиграешь, романтических бредней не впаришь, этот немало чего знает и будет потрошить по существу.
И ещё претензии у него имеются. Личного характера. Зря он тогда не поторопился. И в первый и во второй раз. А ведь мог, имел шанс, если бы с себя начал. А теперь… Теперь надо готовиться.
— А если я ничего не скажу?
— Скажешь. Нам торопиться некуда. А спрашивать мы умеем.
— За глотку берёте?
— Берём. Вот так.
Ухмыльнулся, наклонился. Обхватил полукружьем пальцев горло в бинтах. Крепко сжал.
