Схватить за волосы, запрокинуть голову, резануть осколком поперёк горла. И для верности ещё раз.
Испуганные, угасающие глаза. Лёгкая смерть, почти мгновенная. И неожиданная.
Дверь распахнулась. Какие-то люди толпой ввалились в комнату. Но теперь не до них. Теперь успеть — себя! Время пошло не на секунды — на мгновенья. Потому что ушло на этого вот, на его смерть. Вскинуть руку и, не примериваясь, почти не глядя, вонзить в шею импровизированное оружие, со стороны сонной артерии, чтобы перехватить её, чтобы жизнь выхлестнула фонтаном.
Чтобы — наверняка. Такую рану не зажать, не затампонировать. Ну!
И тут же удар в руку! Нет, не в руку, в обломок. Что это? Кто? Как?! Пуля!.. Пуля ударила, вышибла из рук обломок, разбила его на кусочки. Но что-то осталось, какой-то махонький белый осколок. Рассматривать его, примериваться некогда. Не думать — ткнуть, вбить, вдавить его в шею…
Кровь! Но это лишь порез. Мелкий порез. Надавить сильнее, вкручивая острый край в мышцы, разрывая их…
Он почти успел! Но… не успел! Две смерти в одну секунду вместить не удалось.
Только одну. Только чужую!
Кто-то подскочил. Свалил его на пол. Зажал рану салфеткой. Вырвал осколочек из ладони.
— Руки!
Приказали на плохом английском. Но понятно.
Заломили руки за спину, защёлкнули браслеты. Кинули взгляд на мертвецов, покачали головами.
— Эти готовы.
— Пошли!"
"Взвалили пленника на плечи. Потащили. Куда? Зачем его тащить, если он у них? Или это не те, а другие? Что за дурдом? Ещё один!
— Быстрее!
Позади раздались крики и выстрелы.
Это что же такое происходит? Снова! Как это понять?
Спросили медленно, разделяя слова, чтобы понял:
— Ты можешь бежать сам?..
— Могу.
Сбросили со спины.
— Ну так беги, если жить хочешь!
И не сказали, но смогли показать жестами. Убедительно.
— Сам ничего не делай, только то, что прикажут! Иначе пристрелим! — Ткнули в грудь дулом автомата для большей ясности. — Понял?
Что не понять, когда всё так наглядно?
— Иди!
Побежали…
Коридор.
Поворот. Человек с автоматом махнул рукой:
— Проходи!
В конце коридора ещё один. Бегом по цепочке бойцов как по нити Ариадны. Вниз по ступеням. Дверь… Гараж… Бронированный автомобиль… Какие-то люди вдоль стены с поднятыми руками и мешками на головах.
— Заводи.
Взревел мотор. Поднялись ворота. За ними бойцы с автоматами.
— Давай, путь свободен.
Автомобиль выскочил пробкой из гаража.
— Куда мы едем?
Молчат.
