Других нет и не будет.
Покрываю твои ноги поцелуями. Бедра мелко подрагивают. Трепещут.
Я рывком поднимаюсь выше, ловлю твой затуманенный взгляд.
— Юля, — веду тыльной стороной ладони по бледной щеке.
Напрягаюсь. Резко возвращаюсь обратно в реальность.
Блядь. Какого хрена я натворил? Надо меру знать. Сколько раз повторял это? И что с итоге? Нужно врача позвать. Пусть проверят, пусть…
— Я хочу тебя, — ты обжигаешь взглядом, сжимаешь мою ладонь тонкими пальцами, бросаешь прямой вызов: — Еще. Мне мало. Я хочу тебя внутри.
— Нельзя, — отрезаю. — Ты в таком положении, когда нам надо соблюдать осторожность.
— Но опасности нет, — губу закусываешь. — Врач же сказал? Разрешил?
— Я не буду рисковать.
— Я нормально себя чувствую.
— Ты дрожишь, — поглаживаю твой живот. — Бледная. Ты устала и тебе пора немного отдохнуть. После продолжим.
— Я беременна, а не больна, — выпаливаешь и хмуришься.
— Ты…
Ты накрываешь мой член ладонью. Обхватываешь и проходишь по всей длине. Сводишь пальцы покрепче. Отбираешь дар речи.
А дальше резко отстраняешься.
— Знаешь, раз не хочешь, то не надо, — ерзаешь и пробуешь отползти в сторону. — Иди, установи еще какое-нибудь вооружение. Добавь камер. Закажи новые датчики движения. Разработай новый безумный план.
— Не хочу, — усмехаюсь. — Совсем тебя не хочу.
— Ах ты гад! — шипишь.
Возвращаю отчаянно сопротивляющееся тело обратно. Удерживаю рядом. Мягко. Но уйти не разрешаю. Поздно собралась отступать. Помни, принцесса: бежать некуда. Ты давно выбор сделала.
— Люблю, — смотрю в твои глаза.
— Люблю так, совсем перестаю соображать. Сам себя не узнаю. И дьявол раздери, ты даже когда не касаешься, держишь за горло. А мне это нравится. Мне все в тебе нравится. Ничего не позволю менять.
— Ой, — протягиваешь с возмущением. — А я что, собиралась изменяться? Ну ты зря размечтался.
— Люблю.
— Я в курсе.
— Люблю.
— Можешь так часто не повторять.
— Люблю.
— Ты опять издеваешься?
Вскидываешься вся, но быстро затихаешь, глядя на меня. Понимаешь — это чистая правда.
Никакой насмешки.
Люблю. Так дико и сильно, что это слово перестает быть банальным.
— Будешь сверху, — говорю.
И на спину укладываюсь, растягиваюсь на постели, тебя сверху усаживаю, поглаживаю твой круглый зад, прохожусь ладонями по ягодицам, тискаю и сминаю, отвешиваю выразительный шлепок."
"Ты моргаешь. Поражаешься. Подскакиваешь, проходишься лоном по всей длине моего члена. Обжигаешься и дрожишь. Ресницами двигаешь часто-часто. А я каждый жест ловлю. Жадно.
