Я думаю, у вас есть лунный период под названием «Аа-нии-тул»?
– Да, месяц анитул, – кивнул Саймон.
– Большего я сказать не могу. Да, сейчас этот, как ты его называешь, «месяц».
Теперь пришел черед Саймона испытать раздражение: это он и сам мог ей сказать – впрочем, в пути месяцы имели свойство проходить очень быстро. Однако он рассчитывал получить ответ на другой вопрос: как долго они сюда шли? Конечно, он мог спросить прямо, но почему-то понимал, что не получит ответа, который его устроил бы."
"Ситхи шла вперед.
Несмотря на ее неудовольствие, Саймон надеялся, что она снова возьмет его за руку, но эта часть путешествия, очевидно, закончилась, и Адиту спускалась вниз по склону, не оглядываясь, чтобы проверить, следует ли он за ней.
Почти оглушенный какофонией птичьих трелей, смущенный происходящим, Саймон открыл рот, собираясь пожаловаться на то, что она молчит, но замер на месте, испытав стыд из-за своей близорукости. Его усталость и злость куда-то исчезли, словно он сбросил тяжелое одеяло снега, тянувшееся за ним из зимы.
Да, что бы Адиту ни говорила, она использовала дикую магию! Находиться посреди жестокой снежной бури, что накрыла всю северную часть мира, насколько ему было известно, а потом последовать за песней и оказаться в лучах солнечного света, под чистым небом! Очень похоже на волшебные истории, которые рассказывал конюх Шем. Такого приключения не выпадало даже на долю Джека Мундвода. Саймон Поваренок отправляется в Королевство ситхи!
Тихо рассмеявшись, Саймон поспешил за Адиту, которая с любопытством на него посмотрела.
За время этого странного путешествия погода менялась вместе с растительностью: вечнозеленые деревья и низкий кустарник, засыпанные снегом, между которыми блуждал Саймон, уступили место дубам, березам и ясеням, их ветви переплетались с цветущими ползучими растениями, создавая разноцветный полог, подобный витражному стеклу, но куда более изящный. Папоротник и клевер росли на камнях, упавших деревьях и земле Альдхорта неровным зеленым одеялом.
Какие-то грибы прятались в тени, точно солдаты-дезертиры, другие, бледные, но странным образом красивые, покрывали стволы деревьев, точно ступеньки спиральных лестниц. Свет утреннего солнца припорошил все вокруг тонкой серебряной и золотой пылью.
Речка проложила на своем пути неглубокий овраг и, извиваясь, уходила вниз, в долину, дно которой закрывали низко нависавшие ветви деревьев.
