Но теперь она вырвалась на свободу и всеми способами борется за свою жизнь. Источник повышенной опасности, и ей нечего терять.
«Я не могу, я не позволю этой суке погубить меня!»
Онор встречала мужа на подъездной дорожке. Глаза у нее были красными и распухли: очевидно, она плакала.
– О, Джек! Ты видел новости?
– Конечно, видел.
Сенатор схватил жену под локоть и втащил в дом.
– В любую минуту могут появиться папарацци. Бога ради, возьми себя в руки. И почему ты плачешь?
Онор сама не знала.
Она всегда завидовала Грейс. Злилась на нее. Даже ненавидела. И в то же время участь сестры ее волновала. Грейс была не способна участвовать в сложных махинациях – это было для нее так же нереально, как сменить колесо или заполнить налоговую декларацию. Кому это лучше знать, как не Онор?
«Мне следовало бы выступить в ее защиту на суде. Или по крайней мере навестить ее в тюрьме. Но я этого не сделала. Потому что всегда поступаю так, как велит Джек».
– В новостях говорится, что Грейс могут пристрелить и что ей грозит опасность не столько от полиции, сколько от толпы.
– И что?
Джека не интересовали проблемы сестры жены. У него своих хватало.
– Фред пишет заявление от моего имени. Я хочу, чтобы ты и дети не выходили из дома. И ни с кем не говори о Грейс. Понятно?
Онор кивнула.
– Если она попытается связаться с тобой, немедленно сообщи мне. Не полиции. Мне.
– Да, Джек.
Он стал подниматься наверх.
– Джек! Как думаешь, почему она это сделала? – окликнула Онор.
– О чем ты?
– Почему она сбежала? Ведь должна была понимать, как это для нее опасно! Не говоря уже о том, что она своими руками погубила все шансы на подачу апелляции. Все это… чистое безумие. Так на нее не похоже.
Джек пожал плечами:
– Что же. Может, она изменилась. Сама знаешь, тюрьма меняет людей.
«И политика тоже…»
Онор взглянула на себя в зеркало и содрогнулась.
Она не узнавала ту, кем стала.
– Сбежала? Господи милостивый!
Майкл Грей провел день на своей новой яхте: подарок от Конни на годовщину свадьбы – и поэтому узнал новость только вечером, во время ужина.
– Знаю. Вот уж не думала, что она на такое способна. Спрятаться в грузовике! Вот тебе и «строгий режим»!
Майкл болезненно поморщился:
– Как по-твоему, может, нам стоит… ну не знаю, как-то ей помочь?
– Помочь? – ахнула Конни.
