Едва тетушка Элли вышла из кухни в холодильный чулан за фруктами, как я прошептала:
— Винни, спаси меня! Расстегнула бы пуговицу на юбке, но она свалится.
Со смешком тот вытащил ложку из деревянной подставки на столе и подвинул посудину на середину столешницы.
— Приступаем, — скомандовал он.
Вряд ли в этом доме было принято есть из одной тарелки, но мы отчаянно нарушали заведенные правила.
— Напугала тебя бабуля? — Рэдвин бросил на меня веселый взгляд.
— Вовсе нет, — отозвалась я. — Она мне понравилась.
— Осторожно, Кат-Кат! Я буквально вижу, как она уже выбирает книгу, которую ты будешь читать вечером, — заговорщицки прошептал он и расхохотался на мой сердитый взгляд.
— Давай сбежим. Я покажу тебе сад.
Мы поблагодарили вернувшуюся кухарку за более чем плотный обед и улизнули на улицу быстрее, чем она успела порезать на десерт фрукты.
Воздух на вечерней улице был теплым, пахло влажной листвой и сладким ароматом белых петуний, высаженных в каменные вазоны вдоль аллеи. Как сказал Рэдвин, сад разбила его мама после переезда в поместье, а теперь за ним следила команда магов-садовников.
Под ногами хрустел гравий, и во всем действительно чувствовался порядок: клубы пышно цвели, а кусты были аккуратно подстрижены большими пузатыми шарами.
Мы миновали розарий с металлическими опорами для плетей и добрались до лабиринта из кустов самшита. Его высокие, ровные стены словно прочертили по линейке.
— В прятки? — с улыбкой предложил Даррел.
— Ты ребенок? — с умным видом проворчала я.
— Давай, Кат-Кат.
Считаю до десяти. — Он спрятал руки в карманы и, склонив голову набок, вкрадчиво проронил: — Раз.
— Мне надо садиться за учебники. И тебе, кстати, тоже!
— Два.
— Рэдвин, ну правда, это глупо! — воскликнула я, расставив руки.
— Не умеешь играть в прятки? — Даррел выразительно изогнул брови, его глаза смеялись. — Три. Время тикает, Катарина. Четыре…
— Да боже! Начинай считать заново! — бросила я и рванула в лабиринт.
— Пять! — донеслось до меня.
Охваченная веселым азартом от детской забавы, я все глубже входила в лабиринт.
Почти погасшее солнце бросало в узкие проходы длинные косые лучи. Мелкие и жесткие листья самшита делали стены непроницаемыми, и внутри царила глухая тишина.
— Десять! — крикнул Рэдвин."
"Замерев, я прислушалась, пытаясь различить шелест шагов по гравию. Судя по всему, Даррел находился в паре поворотов от меня. На цыпочках я выскользнула из коридора и нырнула в следующий, стараясь отдалиться от преследователя.
