Она нахмурилась, потеребила кулон, висящий у нее на шее:
— Да, я не уверена, что артефакт-переводчик работает правильно, когда речь о длинных сложных фразах и идиомах, — пояснила она. — Я постараюсь объяснить короткими фразами. Я — рабыня. Мне нужен хозяин.
— А чья вы рабыня? — осведомился Лейв.
— Рабство запрещено в Закрытом мире законом! — строго заявил я.
— Но мне нужен хозяин! — возмутилась девушка, будто я ей сообщил, что у нас в мире запрещено спать или что-нибудь еще такое же необходимое. — Когда право собственности на меня передавали от Школы Рабов к лорду Мариусу, случилось нападение, — она сняла с шеи еще одно украшение, простую кожаную полоску с заклепками, в которой я запоздало опознал ошейник.
— Если мне не выбраться из этого мира, то нужно найти другого хозяина на замену.
— Но вы же теперь свободны! Поймите, никто больше не сможет заставлять вас делать то, что вы не хотите. Вы можете сами за себя все решать, делать выбор… — по мере моей речи глаза ее все больше расширялись, и, наконец, она выдала:
— Кошмар какой! Нет-нет, это совершенно неприемлемо!
— Но…
— А кто даст мне кров?
— Кхм… вы сами?.
.
— А кто будет предоставлять мне еду и другие необходимые вещи?
— Ну… сами?
— А кто будет мною руководить?!
— Сами.
— А кто же будет…
— Да все, все, что только вам нужно, вы можете делать сами! — разозлился я.
— Дикий мир, дикие нравы, — буркнула попаданка себе под нос и отвернулась.
Я почувствовал, что скоро повалюсь с ног, так много сил потратил на этот никчемный разговор:
— Так, все понятно.
Время позднее, нужно заканчивать. Господин Регин, мисс Кейа и вы — проедемте в управление. Лейв, запиши имена свидетелей и можешь быть свободен. Всех свидетелей будут ждать в полиции завтра днем для дачи показаний, — я сграбастал со стола секиру попаданки и направился к выходу.
— Эй! — возмутилась она.
— Оружие побудет у меня до выяснения обстоятельств.
Глава 6. Драдрерика
Первую ночь в новом мире я провела в тюремной камере.
Если бы я была суеверна, решила бы, что это плохой знак. Но какие уж тут дурные предзнаменования, если я просто оказалась в диком безумном мире без возможности вернуться? То-то и оно.
На самом деле камера была довольно уютна, во всяком случае, с карцером в Школе не сравнить. Зарешеченные окна под потолком закрыты стеклом и не пропускают ночной холод; на единственной койке тонкий, но мягкий матрас, продавленная подушка и шерстяное одеяло.
