Хорошо бы прибыть раньше, чтобы мама смогла подобрать тебе соответствующий гардероб и немного ознакомить с замком. Как считаешь?
– Согласна, – кивнула я. – Поехали.
Кэд улыбнулся неожиданно ласково.
– Я думал, будешь сопротивляться. Что ж, эту проблемы мы решили.
– Одну из немногих. – Я отставила в сторону тарелку.
Решим и другие. Так или иначе. Мне очень хотелось рассказать Кэду все о себе, но я понимала, что еще не время. Нужно выяснить, что происходит в замке. Удастся ли приехать тайно – большой вопрос, но Кэд уж точно не позволит мне долго скрываться.
Что бы он там ни говорил, я намеревалась сама сражаться за право жить.
Он ушел, хотя явно хотел остаться. Эри так и не пришла – провела ночь у Тара. Я открыла книгу, чтобы хоть немного отвлечься.
«Я очнулась, с трудом открыв глаза. Руки дрожали, к горлу подступала тошнота, и мир вокруг вертелся с бешеной скоростью.
– Леас, хватит с ней возиться. Идем.
– Подожди, Морей.
– Этот голос я уже слышала. – Мадлен!
Я подняла глаза на Старейшину. Он спокойно взирал на меня сверху вниз, не предпринимая попытки помочь подняться.
– Простите, – пролепетала я.
От старца исходили мощные волны магии, буквально осязаемые. Сейчас я не думала, как задать все вопросы, что мучили меня так долго. Сейчас я хотела – и это было единственным моим желанием, – чтобы они ушли, оставили меня в покое.
– Что ты здесь делаешь, девочка? – Голос был ласковый, но мне почудилась угроза.
– Я должна, – это был скорее шепот, – должна была увидеть вас.
Глаза защипало.
– Фар… выгнал меня. Почему мне достался черный лист?
Тот, кого называли Леасом, наклонился ко мне и прошептал несколько слов.
А потом они ушли, так же спокойно. Я осталась сидеть на холодной земле, безучастно смотря перед собой. Вокруг сновали люди, но никто и не подумал мне помочь».
Зря Кэд рассказал, чем все кончится.
Я до последнего надеялась, что Фар ее найдет, и если не станут они жить счастливо, то хотя бы помирятся, и Мадлен умрет без обиды на возлюбленного.
Кэд был прав – повторить судьбу этих двоих я не хотела. И не стану, как Мадлен, искать правды и справедливости. Мне удалось дожить почти до двадцати лет, быть может, удастся спасти ребенка. Аборт – в любом случае смерть, жить после этой операции я не захочу и не буду.
