– А память? Память какая-нибудь осталась? – выправил ситуацию Иванов. – Вещи, какие-нибудь, безделушки…
– Всё отправили, – помотал головой Фёдор. – С телами отправили. С сопровождающим. Ничего, ничего не осталось! Вот здесь они…
– А фото? – намекнул Иванов, имея в виду маниакальное пристрастие всех военных сниматься в самой неподходящей обстановке. – Фотографии ведь наверняка остались? Это же память…
– Память? Память… Да-да, конечно! – Фёдор неуклюже метнулся к спальному месту, выдернул из-под кровати необъятный баул и принялся в нём копаться.
– Память… Щас, щас… Вот!
Взору гостей была явлена видеокамера «Кенон» и несколько кассет к ней.
– Так-так… Ага, вот. – Фёдор водрузил камеру на табурет, между водкой и ветчиной, и ткнул жирным пальцем в миниатюрный экран. – Вот они, вот…
Иванов озабоченно наморщил лоб. Экранчик демонстрировал тривиальную пьянку. Та же комнатуха, два табурета – стол, багровые хари, каждая норовит втиснуться в объектив и произнести спич. По записи вопросов не было, обычное дело, нормальный военный быт…
Полковника камера заинтересовала.
В команде две точно такие же камеры, но – из Лизиного комплекта, «гуманитарная помощь». Если бы не спецмиссия, не видать бы им таких камер как своей ложбинки меж ягодиц. Больно уж дорогая игрушка, даже для такого бывалого мародёра, как жирный Фёдор. Просто неприлично дорогая!
– Здесь купил? – ткнув пальцем в камеру, поинтересовался Иванов. – Хорошая вещь, наверно, дорого стоит…
– Вещь? А, вещь… Нет, с дому привёз. Друзья подарили, на День защитника Отечества.
Во, глядите, Саня-покойник, речь толкает. Вернее, не покойник – живой пока… Эх ты, судьба!
– А после того раза, как мы с тобой сидели, домой не ездил? – встрял в тему Глебыч, попав в унисон с сомнениями командира. – В отпуск или на побывку…
– Домой? Нет, не ездил. У меня ещё в июне отпуск был… Во-во, гляди, Колька лезет, тост говорит…
– А в прошлый раз у тебя её не было, – бесхитростно заметил Глебыч, доставая из кармана плотный пакет для фотобумаги. – Ты нас тогда «мыльницей» щёлкал, вот фотки…
– Так-так… – Иванов сурово прищурился.
– Извини, друг, но, может, пояснишь насчёт камеры? Домой не ездил, здесь не покупал…
– Да вам-то какое дело! – отмахнулся Фёдор. – Вы у меня в гостях или…
Что там «или», так никто узнать и не успел. Петрушин, сидевший напротив хозяина и чутко внимавший разговору, вдруг прыгнул! Бросился грузным тигром, сметая табуреты, повалил Фёдора на пол и прижал сверху всей своей немалой массой.
