— Марселла, кажется, думает, что нашла в Мэддоксе то, что есть у нас двоих, и разве мы не должны быть счастливы за нее?
— Уайт байкер. Его образ жизни расходится с нашим.
— Когда мы впервые встретились, ты не думал, что сможешь стать хорошим мужем или отцом, а теперь ты им стал. Дай Мэддоксу шанс проявить себя. Сделай это ради Марселлы.
— Я беспокоюсь, что если позволить ей добиваться этой связи, то в долгосрочной перспективе это принесет ей больше вреда, чем пользы.
— Если ты даёшь ей выбор, но не принимаешь то, что она выбрала, то с таким же успехом ты мог бы вообще не давать ей выбора.
— Так ты можешь увидеть, как они поженятся? Ты можешь увидеть Уайта частью нашей семьи, сидящим за нашим обеденным столом? Ты видишь, что он принадлежит нашему миру, а не всегда будет в стороне?
Я хотела увидеть, как Марселла однажды выйдет замуж, хотела увидеть, как Лука поведет ее к алтарю к мужчине, которого она любит и с которым хочет провести остаток своей жизни. Я хотела, чтобы она была счастлива. Могла ли я сказать, будет ли она счастлива с Мэддоксом? Нет.
Я тоже волновалась. Я не могла этого отрицать.
Любовь непредсказуема. Может ли связь с Мэддоксом навредить Марселле? Я так не думаю, но я не могла быть уверена. Не потому, что я думала, что Мэддокс причинит ей вред намеренно, но он не был знаком с нашим миром, как заметил Лука. Он должен попытаться привыкнуть к нашим традициям, но они ему чужды. За последние несколько недель ему удалось поработать с солдатами Луки, но он никогда не станет одним из них.
Достаточно ли любви, если он никогда не принадлежал к ним? Если жизнь в нашем мире не давала ему покоя?
Если он готов отказаться от привычного образа жизни ради Марселлы, значит, он действительно любит ее, и этого достаточно для меня. Остальное не в моей власти.
— Это не наш выбор, Лука.
— Таблоиды и многие люди в нашем мире разорвут Марселлу за этот поцелуй, и будет только хуже, если мы подтвердим отношения или, не дай Бог, объявим о помолвке.
— Марселла умная девушка. Она знала о последствиях, когда поцеловала Мэддокса, и она готова отважиться на это ради него и себя.
Если Марселла приняла обратную реакцию, которую ее отношения с Мэддоксом уже вызвали и еще вызовут в ближайшие месяцы и годы, значит, она тоже должна любить его. Я бы рискнула всем ради Луки, пошла бы за ним на край света и дальше.
Я, больше чем Лука, следовала своему инстинкту. В прошлом он приводил меня к неприятностям, но с годами я научилась использовать его более осторожно.
